Наталия Лимарь

Страна : Казахстан

Меня зовут Наталия Лимарь. Я родилась в России, живу в Казахстане, люблю и уважаю культуру и традиции нашей уникальной многонациональной страны. Считаю себя человеком мира, пропагандирую философию добра, мира и свободы. Умею видеть красоту человеческих душ и мест на земле, люблю путешествовать и надеюсь, что могу передать очарование мест, событий и неповторимость человеческих судеб своим творчеством. Знаю, что сила и красота личности в наследии рода, чистоте помыслов и желании и умении учиться и работать.

Country : Kazakhstan

Отрывок из сборника рассказов “Живем”

Живем.

Идя навстречу своей вершине через омуты безграничного пространства, с мокрыми ладошками и спертым дыханием, порой хочется припасть к земле каждой клеточкой тела: растечься, повторяя малейшие изгибы и неровности, держаться за травинку и потихоньку увидеть вокруг небо, услышать ветерок, птиц, сидеть на вершине мира и видеть справа пики заснеженной вершины, а слева тоже горы, но другие – зеленые, даже синие, скорее, бархат сосен и елок, колючесть которых сверху выглядит полотном Мане. А еще внизу река, быстрая, горная, широкая, с бирюзовыми заливами и озерами.

Парить у самого поднебесья и ловить улетающий подол шелкового платья или шарфа.

Видеть восходящее пятно белого, с золотыми облаками, солнца, когда ветерок и солнечный луч одномоментно касаются твоего лица, волос, целуют руки, плечи, колени, а ты на самом пике высочайшей вершины пересыпаешь мечты и желания с одной ладошки в другую, как стекляшки монпансье, легко и безмятежно выбирая одно или несколько, которые хочешь прожить сейчас.

Выбрала, замерла ненадолго в предвкушении, а потом от нетерпения, от радости и желания действовать немедленно, встаешь, врастая босыми ногами, на еще прохладную утреннюю землю, на небольшие камешки, на гладкий, до блеска отшлифованный ветрами, кусок скалы, несколько щекотливых травинок и хвойные иголки на твоих стопах, а руки тянутся в небо, обнимая весь мир, однозначно любя и радуясь, так просто, без оттенков чувств, только свет, радость и легкость.

Мы проводники между прошлым и будущим, столп света или тьмы, целостные, сильные, однозначные, как стрела, а может размазанные, раздавленные, порой двуликие, иногда жалкие, непонятые и непонятные.

Иногда лицом к лицу с самим собой душа пугается тьмы твоих намерений, а дух почти сломлен, шипами-иголками ироний, камнями проблем, колко летящими без предупреждения, плитами черствости и лжи.

Поцарапанные души, болящие пустотой сердца, восторг и нежность – живем.

Лишь бы не глухота и слепость, не безразличие и сломленность, (когда ты сдался).

ЖИВЕМ (ТЧК)

Как правильно мечтать (рецепт от Доктора).

У меня есть друг, он доктор, доктор от Бога.

Настоящий человек с призванием. Красивый человек, со сложной судьбой. Не всегда его поступки дарили счастье и радость окружающим, но искренность и доброта – это он.

***

Жил-был мальчишка Венька, хороший, добрый, вежливый, но очень уж рыбачить любил. И бегал он утром до школы, пока родители на работе, а в школу к часу, к могучей реке к Уралу. Бежал, летел маленький восторженный пацанёнок со своими удочками, банкой с червяками, мимо соседей – стукачей и предателей, которые обязательно расскажут: «А Венька-то ваш опять на Урал бегал, и в школу умчался поздно, может, и опоздал даже или не пошёл вообще». И, вполне вероятно, будет порка вечером, а уж нотации точно будут. Но бежал мальчишка без оглядки. Бежал мимо бабок на лавочке у барака, с которыми, конечно же, вежливо здоровался. Бежал, думая, что всё успеет: и уроки выучить, и пятерку получить, – и тогда мамка забудет про бдительных бабок, и просто в этот раз пронесёт мимо порки и нотаций.

Бегом. Ветер. Голыши скользкие. Но сейчас будет волшебство: надеть аккуратненько червячка, чуть-чуть оставить болтаться, чтобы хитрая рыбешка не заметила крючка, но и не стянула добычу, пока не заглотит крючок. Наука! Поплевать. Забросить и сидеть, затаившись, глядя на поплавок! Сидишь, сидишь, потом… легкое движение… потом нырк… и тут нужна рука мастера! Резкая подсечка! И вот она, блестящая красотка, лежит, трепыхается, небольшая, но крючок весь захватила! Добыча!

У Деда рядом тоже уже парочка таких же в сетке трепещется. Эх, Дед – предмет детской зависти Веньки. Он всегда на реке. Утром, когда Венька только бежит, он уже на месте, посмотрит на пацанёнка: «Эй, малой, надень-ка мне червячка, пока клюёт. Глаза старые стали». И потом, когда Венька бежит домой, Дед ещё на реке со своей удочкой, с сеткой сидит счастливый, говорит что-то, бормочет себе под нос, мурлычет даже – счастливый… на пенсии он. Какой же он счастливый этот Дед: сиди и сиди себе, лови рыбу. 

Бежит мальчишка домой и рыбки-то сегодня только две: замёрз, думал третью поймать, но сорвалась, теперь в школу опоздать можно – точно порка будет, – а ещё очень есть хочется. Замёрз, бежит мальчишка, а счастливый Дед рыбку ловит! Всегда!!! И вчера, и завтра – Дед всегда на реке. Один. Сидит. Счастливый. 

А ещё у Веньки брат есть, младший. На него не жалуются. Он бабкам сразу сказал: «Нажалуетесь мамке, положу бомбу в подвал и взорву вас всех». Не поверили на слово сразу. Пришлось братишке Венькиному показательные учения провести: положил патрон в печку, где все соседские чайники кипятилась – кухня-то в бараке общая. Чайники взлетели почти одномоментно и очень эффектно. Соседи про бомбу поверили – жаловаться перестали. 

А Венька бегал на рыбалку. Здоровался. Его пороли. Он завидовал Деду-рыбаку и мечтал о пенсии.

Потом мечтал, когда учил эту адскую анатомию в мединституте, когда утром после дежурства засыпал в 16-ом троллейбусе, между дежурством и очередным коллоквиумом по какой-то химии. Мечтал о пенсии с удочкой, когда лялькал своих ребятишек – всякие там газики и температурки, – и когда ругался с жёнами. Мечтал, когда ложился на кушетку в ординаторской и вполуха слушал, ходит ли медсестра на посту, потому что ребёнок сложный в боксе. 

Пенсия… рыбка… крючок… вот, блин! 

Тихо в коридоре, нужно идти. Может, заснула девчонка на посту: не привыкла ещё к реанимации, молодая…

***

Годы, тысячи событий, людей… и мечта: рыбка, удочка, крючок, пенсия.

Намечтал!

 

Пока варится кофе.

Август, Тбилиси. Настоянная на ароматах лета, предосенняя жара, уже не такая злая, как в июле, томная, ласковая, предполагающая долгие прогулки, любование, воспоминания о уже прошедшем лете, а может и о летах. Легкая грусть об уходящем, мимолетная, словно падение первых, еще живых листочков. Пока еще одетые чинары, через пару месяцев они станут «Бесстыжими» – так дразнят платаны во Франции, – но в Грузии они все-таки Чинары, и вскоре станут обнаженными. 

Удивительный край, своей искренностью и страстью проникающий в душу каждого, прошедшего по тихим дворикам, по извилистым старым улицам.  Вдохнув туманы Куры, соприкасаешься с теми, кто был здесь много раньше и оставил свой след в литературе и искусстве навсегда. Хочется написать: «Здесь были все». Для меня задумчивый образ Врубеля, летящий Цискаридзе, интеллигентный доктор Чехов, пылкий Лермонтов, Мандельштам и Пастернак периодически возникали в этом таинственном городе в совершенно неожиданных местах. В этом подвальчике пил вино Есенин, а на этой скамеечке сидел Толстой, а это дом Грибоедова. Скольких околдовал Тбилиси? Этот город подарил мне массу красоты и наслаждений и одну встречу, эпилогом к которой возникает картина: наша голубая красавица Земля в темно-синей Вселенной, с траекториями жизненных дорог – Тбилиси, Нью-Йорк, Алматы, Лос-Анжелес – такие натянутые нити судьбы, и мы на них Путники.

Итак, Тбилиси, 2016 год, в турке на песке варится кофе, с тем запахом счастья, который я сейчас не чувствую – пандемия 20-го года многое изменила, перевернула, но, благодаря этому году, давняя встреча в центре грузинской столицы обрела продолжение. 

Стеклянный мост, внезапно вынырнувший под ноги ослепительным хрусталем, прямо из сердца старого города. Много машин, гудки, крики. «Тамара», «красавица», «Тамара». Так реагируют грузинские мужчины на двух девушек, явно туристок, которые гуляют по их родному городу. Странно, но эти призывы, не звучат оскорбительно или обидно, скорее восторженно и радостно.

– Посмотрите, у меня котик, самый красивый кот в Грузии», – пожилой грузин, на русском языке с особым грузинским акцентом расхваливает свой хвостатый товар. Котик, мурлыча явно в такт своему хозяину, изгибается худенькой спинкой, под рукой нежная шерстка и озорные лапки. 

– Мы туристы, нам не нужен этот лапочка-котик.,

– Вы сделали мой день счастливым. Вы посмотрели на меня глазами-озерами…

И потом еще какие-то восторги и комплименты. Тбилиси такой же щедрый, как Париж, только там их дарят скорее взглядом, а в Тбилиси пылко, искренне и совершенно бескорыстно. Может быть, каждый побывавший здесь, оставлял здесь кусочек своего сердца, и эта необыкновенная поэтическая щедрость города напитана духом этих великих людей.

Представляете, идешь – раз! – и видишь этот простор глазами Есенина, а лезгинку – глазами Пушкина, туман над Курой – глазами Мандельштама…..

Наверно только Париж может соревноваться:

– Я очаровал и вдохновил миллионы, а ты, мой кавказский друг?

– А я одарил и покорил всех своих гостей, – промолвил в ответ радушный красавец Тбилиси.

Зеркальные камни мостовой приводят нас в самый центр старого города.

– У Нино самые вкусные хачапури, попробуйте, – и мы заказываем.

– А можно еще чашечку кофе?

Хозяйка, усаживает нас за единственный столик, прямо на бульваре, в тени дерева. За столиком уже сидит мужчина, грузин, «весь в белом», золотая цепь, очки, 

Начинается неторопливый разговор, сначала ни о чем, туристы и жители – «вкусно, красиво, тепло, очень интересно, а вы откуда? а у вас как?»

– А кофе Нино готовит в песке, но только своим, попробуйте, это самый вкусный кофе в Тбилиси, я знаю, я помнил этот вкус больше 20 лет, такого больше нет. 

– Ого, 20 лет не дома, долго….

– Да, почти 30 не дома… 

А дальше рассказ, это как с попутчиком – раз, – и почему-то рассказываешь ему сокровенное.

В конце 80-х уехал в Америку.  Жена, тёща, двое сыновей.  Всё как у многих: Советский Союз, диплом инженера, война, морока с документами, таможня, пустые карманы, Израиль, а потом Америка, Бродвей, случайные заработки, потом свое такси, потом какой-то ресторанчик. Инвестиции, удача, дом на Лонг-Айленде, а потом финансовый инспектор, проверка, суд и 30 лет – срок за финансовые махинации в страховом бизнесе и конфискация. И началась другая жизнь, длиной в 19,5 лет, срок уменьшили на треть за хорошее поведение, еще учли полгода следствия.…  И после полутора лет ожидания в миграционном лагере отправили на Родину: не успел получить гражданство, а значит, подлежит депортации. У семьи остался только дом, когда-то подаренный предприимчивым зятем теще, с женой развелся: 30 лет – это целая жизнь. Сыновей видел только на фотографиях, вырастил их другой человек. Они совсем американцы, зачем им такая боль и такое папино настоящее. Так решил когда-то, и жена поддержала. 

Александр – наш невольный сосед по столику – уже снял очки, рассказывает эмоционально, в глазах то боль, то лукавство. Говорит, что закончил два института и выучил 8 языков, хвастается. 62 года, выглядит отлично, в хорошей физической форме, глаза умные. Но так страшно, целая жизнь рухнула. 

Нино приносит кофе, наверное, вкусный, и хачапури. Беседа стихает, а в голове обрывки, кусочки чужой жизни. 

Прощаемся, желаем друг другу удачи. Спрашиваю:

– А дальше? Что дальше? 

– Пока я таксист, наслаждаюсь, дом, Грузия, кофе…

Почему-то понимаю, что это далеко не конец, обмениваемся телефонами.

– Напишите, как все будет. 

– Хорошо, удачи вам!

И вот 4 года спустя …

Утро каждого дня – это сюрприз.  Даже если вчера шел снег или дождь, а, может, было просто хмуро или холодно, утро следующего дня может быть солнечным и теплым или, наоборот, после тепла и солнца – дождь и горы сливаются с небом. Утро – это всегда загадка и новая история. А еще это треск перемалываемых кофейных зерен в кофемашине и горьковатый напиток в любимой кружке, когда открываешь новости, просматриваешь почту и ленту в инстаграм. Иногда ночью смотришь на часы и ждешь утра, и мечтаешь об этой кружке утреннего кофе, потому что, ну, совсем неправильно пить кофе еще и по ночам, не прилично даже совсем. Утро, кофе, пустая скамейка напротив окна – какие истории сегодня с ней случатся? Целый ежедневный ритуал.

В инстаграм вплывает реклама – философия танца джаддо. Знакомое лицо. 

Кто это? О, да это мой давний знакомый из Тбилиси, бывает же такое, – антигуру и пропагандист ГОЖ (гармоничного образа жизни), идущий по жизни в танце и с улыбкой на открытом счастливом лице. 

«У меня была совсем непростая жизнь, и мне часто приходилось с собой разговаривать и себя уговаривать. Мне приходилось находить слова, которые помогали принять сложность жизни. Счастье – это часто посмотреть на свою жизнь со стороны и принять свою судьбу такой, какая она есть…

Осознание и принятие своего пути – это счастье. Осознание и принятие не своей никчемности или несправедливости жизни, а своей жизни. Это Ваша жизнь, и Вы имеете право на свое, хоть и маленькое, но счастье».

Наши миллионные города такие маленькие.  Давно знаю это. Всегда есть шанс неожиданно встретить знакомого человека.  Или услышать краем уха фразу, которая крутится в твоей голове. Или увидеть многовековую табличку с почти стершейся надписью на латинском: «Жизнь есть Путь, и Путь – это жизнь, и это есть так». Именно та мысль, которая живет в твоей голове с первого рассвета на Пути, что сопровождает каждый твой шаг на Пути Сантьяго.

Разные страны, разные континенты.  Пути-дороги. Люди – путники на скамейке в парке – невольной свидетельнице человеческих судеб. И мой утренний ритуал.  А еще светящиеся от напряжения траектории человеческих судеб, как картина – синий холод космоса, точки городов, электрические нити судеб.

Хочется написать – совпадения случайны. Но случайны ли они? Рассказ, как картина: пишешь картину сначала пылко, полностью погрузившись, а потом вдруг она начинает раздражать, хочется бросить, забыть, а потом мазок или событие, и точка, сложилось. Но в этом рассказе, скорее, многоточие.

Он говорит: «Привет! Вы меня не узнаете? Посмотрите внимательнее. Кого я Вам напоминаю? … Я вам не скажу, кто я и как я здесь оказался. Я вам должен сказать, что я пришел из будущего. Меня зовут MI..DA JA..ZO» 

Мое настоящее – человек из прошлого, который говорит, что он из будущего, и мне это очень интересно. Сегодняшнее утро за чашкой кофе и столь занимательное разоблачение. 

Живем тчк



На Пути.

А сегодня цветы…

Сначала беспросветная утренняя тьма, холод, потом предрассветный утренний туман, обволакивающий холмы, торжественно выплывающее солнце, необъятные просторы, раздолье полей, и тропа то вниз, то вверх, уже становится жарко, захватывает дух от масштабности окружающего – просто кистью нарисованные картины вокруг, настолько яркие, что стираются оттенки. Как белое и черное в юности, так и здесь на моем пути – Пути Саньяго.

Второй день пути. Черное утро, почему-то без звезд, потом река с серым, клубами дымящимся туманом, а потом синее небо, желтое ослепительное солнце и зеленые-зеленые поля. А еще цветы, как подарки. В тот день мне на каждом шагу встречались цветы: заросли лавандовых гортензий, чудесные розы, какие-то необыкновенные цветущие цветы в горшках на окнах и балконах в испанских деревушках.

Вынырнула я из детства, мчусь по юности с распахнутой душой, а вокруг мир полный подарков, цветов и чудес. Извивается неширокая дорога то вверх, то вниз, иногда карабкаюсь, как прорыв, наверное, сессию сдаю, то лечу вниз с подскоками и щенячестью. А вокруг красота и простор захватывающий, а еще то ягода с обочины ко мне веточки тянет, то яблоко под ноги падает. Глаза жмурятся от красот, на языке вкусно, птицы поют. Захотел: бревнышко появилось, посидел, отдохнул. Поднялся по затяжному подъему, а там скамеечка под березкой, и ветерок дирижирует листиками, и птицы вплетают свои приглушенные полуденные мелодии в этот фантастический оркестр. Лежу на прохладной скамье под русской березкой, слушаю симфонию мира, созданную для меня лично. Теплый ласковый воздух гладит кожу и волосы. Свобода!!!!

А потом рюкзачок на плечи и вперед. Это день чудес, цветов и музыки.

На пути низина и лес, течет ручей, никого нет, узкая дорожка и вдруг сквозь шелест листвы и шум ручья до меня доносится музыка. То есть, то пропадает, то тихо-тихо, то громче. Наверное, моя фантазия. Не верится, что среди леса может звучать такая тонкая мелодия. Флейта, что ли? Иду, мелодия становится громче, наполненной, яркой.

У ручья, на перекате стоит девочка и играет на дудочке, как лесная фея.

Лес, музыка, девочка и я… Ну не чудо ли?

Чудо, о котором не мечталось и не думалось, такие тоже бывают, когда душа наполнена восторгом и благодарностью, появляется предвкушение, оно еще и не случилось, а радость уже затопила пространство вокруг. Помните: утро, свет в окно, сладкая истома, еще обволакивает тело, но ноги вытягиваются в потягушечках, руки расправляются, точно крылья птицы перед взлетом, глаза распахиваются навстречу новому дню и ты точно знаешь, что сегодня произойдет нечто волшебное и чудесное! Помните?! Это юность. Не гасите свет глаз своих, ощущение радости создает возможность чуда, я это точно знаю.

А дорожки, тропки, тропинки, как их много. Это как небольшие протоки и речушки перед могучей рекой. В юности столько вариантов развития событий, желаний, соблазнов, возможностей пойти по своей тропе, поплыть, будучи подхваченным течением по своему протоку, навстречу своей судьбе, не попасть в тупик.

Я думаю, все блуждали по не своим тропам, изнемогая, разуверившись в друзьях, а порой и в себе, сомневаясь в своих возможностях, считая свои годы, злясь на отсутствие попутного течения, ты такой молодой, сильный, умный, а вокруг тишь да гладь, серость и нудность.

Не сдавайся, Человек! Даже если ты попал в тупик и уперся лбом в разочарование и боль, не сдавайся! Из любого тупика есть выход, но ты становишься крепче, если только не сдался, не начал ныть и сомневаться в себе, твой подбородок становится волевым, а взор мудрее и терпимее. Если тяжело, больно, трудно, когда потери, нельзя впускать в свои двери отчаяние, потом, когда справишься с ситуацией, потом расплачешься сердцем, погорюешь, не сейчас, потом, когда отшагаешь хоть немного в сторону от черного провала, у которого стоишь, балансируя, затаись на секунду, поймай ветерок в спину и потихоньку-потихоньку ползи, ковыляй, шагай, беги, как сможешь, сначала от черноты, бездны. А потом увидишь сначала проблески, а потом и свет.

Это закон, я точно знаю, я там была, я там ходила.

Последний день Пути.

Я не знала, что он будет таким: долгим, ярким, изматывающим и совершенно непредсказуемым. С четырех часов утра до семи вечера, 43 километра. Сначала с немцем под небом Ван Гога. Баск с собакой на плечах, с посохом и баскской шапке. Потом жара, дорога, дорога, дорога, долгие изнурительные подъёмы под палящим солнцем, без единого пятнышка тени, какая-то деревенька с уютным садом у домика на краю деревни, приветливые галисийцы, бакадио, кофе и перед глазами дорога, уходящая вверх. Набраться смелости и вперед, иду, иду, вверх-вверх…

Ближе к обеду, когда солнце в зените и силы на исходе, дошла до какой-то небольшой деревушки. Несколько домов, церковь, ресторанчик. Очень вовремя. Но не понравился взгляд какого-то расплывшегося толстяка за столом с кружкой пива, не хочу масленые глаза на своем теле, и иду дальше, ведь не последнее же место, где кормят.

Жара, почему-то нет никаких домов, поля, холмы дорога, еще деревенька, но сиеста, все закрыто.

И у меня нет даже воды. Иду, еле плетусь, ругаю себя и каюсь за самонадеянность. Поворот и вот он – небольшой собор, у подножья лестницы мраморная раковина с краником, прохладная вода, умываюсь, потихоньку прихожу в себя.

Хорошо.

Ложусь на прохладные ступени в тени громадного дерева, укрывшего своей кроной всю парадную лестницу в храм. Тишина, позади более 25 км, усталость, стертые ноги и очень хочется есть. Вода, шоколадка, которая еще с Валенсии – это все мое богатство.

Немного полежав, сажусь, достаю свои запасы, и вдруг появляется девочка с мамой. Я уже встречала их на пути. Они с Америки, девчонка-студентка идет уже месяц со страны басков, а мама присоединилась к ней в Сарии или в Леоне, идут вдвоем, в яркой, почти индейской одежде, с косичками, татуировками.

И еще у них обед!!! В обмен на предложенный кусочек шоколадки мне достается кусок хлеба и целый помидор! Сытые, разомлевшие валяемся на старых каменных ступеньках, удобно привалившись спиной, словно в будуаре на мягкой софе, отпивши кофе после изысканного обеда с лангустами и фуагра в малиновом соусе. Где удовольствия больше?! Парадокс….

Дальше. Деревенская, спящая в сиесте улица, заканчивается широкой дорогой. Перехожу шоссе, опять развилка, как тогда в первый день, но уже добродушный дедушка машет мне рукой туда, туда, ок, спасибо,

Слева и справа каменные заборы, почти разрушенные, тропа узкая, до двух метров, иногда сомневаюсь, но стрелка была вначале, значит правильно, в этот день почти нет людей, куда-то все делись, хотя по идее, чем ближе к Сантьяго, тем больше должно стекаться пилигримов, но почему-то именно сегодня, пилигримов почти нет. Наконец стены заканчиваются, и моему взору открывается лес, такой, как в России: много деревьев, заросли травы, кустарников, иногда ручьи, хотя иду по холмам, вниз, вверх, тишина, людей нет, полчаса, час, и стрелок нет, где я? Два часа… когда почти начинаю паниковать, связи почему-то нет, почти села батарея, слышу шум далекого шоссе, вода опять закончилась, спускаюсь и понимаю, что впереди летное поле, слева поросший холм, справа аэропорт. В сомнениях и страхах, с надеждой, иногда почти теряя уверенность, я бодро шла, ковыляла, карабкалась по моим протокам-тропкам, к выходу из леса, где нет видимости и масштабного обзора, только надежда, настойчивость и твои стертые ноги. Вышла! Моя полноводная река или море – аэропорт, случайно ли?

Встречаю пару из Америки, «Buen camino», взаимные улыбки приветствия и вперед. После узнала, что по совету добродушного дедушки – наверное, друга той темпераментной испанки, встреченной мною в первый день Пути, из-за которой я одолела крутейший спуск, – отправилась через Примитиво, долгий, старый Путь, который уже давно не используется. Думайте своей головой, люди, ведь всегда найдутся Сусанины – добрейшие дедушки, милейшие тетушки, закадычные друзья. Только ты сам и еще, если повезет, пару близких людей, в сердце которых ты живешь каждую секунду, могут прожить твою боль, твою радость, дать совет, вывести, вытолкать на твой путь, молитвой, мольбой, помощью, советом.

Монте де Гозе. Пора остановиться, уже под 40 км прошла. Но нет, что-то не дает мне покоя, вопреки здравому смыслу – вперед, что осталось-то километров 5-7, ну, может, 10. Ерунда! Собачий спецназ – вперед!!!


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (3 оценок, среднее: 4,67 из 5)

Загрузка…