Инга Полякова

Страна: Россия

Член ЛитО «Книга» под руководством Петренко А.В. (Ралот) и Светланы Гончаренко (Алкея). Автор 4 книг прозы (три романа и сборник рассказов). Рассказы опубликованы в 2 национальных сборниках поэзии и прозы, в литературных журналах и газетах «Рассвет» (г. Краснодар), «Огни Кузбасса» (г. Кемерово), «Za-za» (электронный журнал, Германия), «Наша гавань» (Новая Зеландия). Участник Форума молодых писателей – 2016 г. в г. Звенигород, участник Краснодарского краевого литературного семинара начинающих литераторов Кубани секции «Проза» – 2016 г. Лауреат и призер региональных, всероссийских и международных литературных конкурсов: шорт-лист международного литературного конкурса «OCA Literary Contest 2015» (Великобритания), лауреат Литературной премии Справедливой России «Во имя правды и справедливости» (Россия) 2015 год; лонг-лист конкурса VIII Международного Славянского литературного форума «Золотой Витязь» – 2017 г; диплом II место в номинации «Малая проза» категория «Открытие до 35» фестиваль «Поэзия русского слова – 2017» г.Анапа. Член Союза писателей России с 2021 года (номер членского билета 1427), член международной академии русской словесности с 2021 года. Проживаю в г. Краснодар Краснодарского края. Сын – Кихаев Константин Александрович, 2013 года рождения.

Country: Russia

Отрывок из фантастики “Конец света. Город гейзеров ”

Одна из последних на Зере умерла девушка, банковский кассир-экономист Татьяна из Гейзекамска… Каждый день она смотрела, как замерзали люди на улицах… Иногда днем температура стала падать до минус сорока и ниже…

Гейзеры тухли один за другим… Гейзер, который отапливал банк, где работала Татьяна, еще бил и эту часть города все еще отапливали… Полоновы замерзли уже давно… Она хорошо запомнила этих богачей… Сначала в мехах, драгоценностях, а потом просто в собачьих шубах… Потом одну жену с сыном… И что с ними стало?..

Татьяна не замерзла, ей как-то повезло, и продолжала ходить на работу… У нее была своя квартира в Гейзекамске недалеко от банка… Опять повезло…

Но Зера продолжала остывать… И температура стала падать все ниже уже и днем… До минус сорока круглые сутки…

Татьяна была счастливица, она жила недалеко от банка и успевала добежать на работу и не замерзнуть… Фонари тоже работали от двух гейзеров, единственных оставшихся… У них было светло… Банк топил гейзер побольше…

А потом наступило похолодание. Днем с минус тридцати температура упала до минус восьмидесяти. Пришел холодный циклон… Люди практически мгновенно умирали на улицах… Мгновенно замерзали. Оставались ледяными статуями. Некоторые оставались стоять замерзшими, некоторые сидели… Тогда в Гейзекамске замерзли все, кто в это время был на улице… Даже у гейзеров все замерзли… Мгновенный холод… Ночью температура опустилась до минус девяноста. Не осталось никого живого… Люди решили не покидать квартир и офисов, пока не пройдут холода… Если пройдут…

Когда температура днем начала сильно падать, Татьяна была на работе. Она только посмотрела на улицу и увидела, как к банку подбежал мужчина, он хотел постучаться, но пока что-то кричал – замерз… Прямо у них перед глазами.

– На термометре минус восемьдесят, – сказала ей Виктория Борисовна. – Температура только что упала… На улице все позамерзали… – Они сначала хотели выйти, может, кого-то спасти… Но не в такую мерзлоту… Было уже поздно… Уже все замерзли… С тех пор они решили не покидать банка днем, переждать холода… – Наш гейзер тоже потухнет, это вопрос времени…

Руководство говорило не выходить на улицы… В холодильнике были какие-то продукты – каждый день сотрудники приносили обед с собой. Старались жить, как обычно… Работать. Надеялись, что холода пройдут. Боялись, что нет. – Может, это и к лучшему, – говорила Виктория Борисовна.  – Сразу умрем…

Константин Иванович, директор банка, говорил, что он просто выйдет на улицу и замерзнет… Еды не хватало, подземный ход пока решили не открывать…

Они сидели в банке три дня…

Потом потеплело… На улице стало минус тридцать опять, а ночью также минус шестьдесят…

Когда в день потепления вышли на улицу, стояла гробовая тишина… запорошенные трупы… друзей… знакомых… коллег… Охранника банка… Только замерзшие неподвижные люди… Как холодные статуи… Город замерзших статуй… Тогда везде резко похолодало, и теперь уже был мир ледяных статуй. Мало кто тогда выжил…

Когда сотрудники банка вышли, также ярко светили фонари, в банке было также тепло… Но на улице только замерзшие люди… Жутко… Оставшиеся стали помогать сжигать трупы… Количество обитателей, местных и приезжих, Гейзекамска уменьшилось сразу в десятки раз… Спаслись только те, кто сидел по домам… Единицы…

В тот день, когда температура сильно упала днем, люди сразу же позамерзали на улицах… Это произошло практически мгновенно… За пять минут все стали трупами… Везде, где гейзеры отключились, не осталось никого живого…

С тех пор жители стали бояться выходить на улицу. Ждали опять холодного циклона в любой момент… Как можно быстрее старались добираться до работы, практически бегом… Сначала все боялись, что же через год они будут есть… Только мясо? Но какое мясо и чье? Животные тоже массово замерзал и. Нет ни мяса, ни рыбы… Реки покрылись льдом… Океаны подмерзали… Но после холодов днем поняли, что до следующего года они точно не доживут…

Холодный циклон повторился через неделю и уже длился пять дней. Также все, кто был на улице, замерзли… Правительство издало указ как можно меньше покидать помещений.

Тогда в банке директор запасся продуктами на несколько месяцев для всех сотрудников… Которые остались в живых…

С тех пор стали повторяться холодные циклоны, и люди практически не покидали помещений… Уже не работали ни телевизоры, ни радио… Тогда практически все на Зере поумирали… Город гейзеров как всегда был исключением… В Гейзекамске еще остались живые люди…

Начались холодные циклоны… Температура до минус восьмидесяти, а потом опять минус тридцать…

На улицах постоянно мело… Потом метели закончились, сейчас было просто темно и очень холодно… Температура падала быстро… По дороге до банка стояли окоченевшие трупы людей, которые замерзли не улице… Татьяне надоели отмороженные руки и ноги… В банке они научились перевязывать отмерзшие конечности и ампутировать… Многие в банке совершили самоубийство, выпив яду… Но Татьяна не могла покончить с собой… Она решила жить… как получится… Но она всегда носила с собой яд…

Уже не работали ни телефоны, ни Интернет. Но офисная техника работала… Она сидела перед компьютером и рассматривала фотографии с отпуска с родителями… Температура на улице была уже минус семьдесят… День теперь по градусам сравнялся с ночью… Она просто не могла выпить яд, как и все, как некоторые… Как только у них отмерзали конечности, они пили яд… Ходить с отмороженными конечностями не вариант, они гнили, плохо пахли… некроз распространялся… сначала они пытались их ампутировать, но нужны были больницы, а сейчас это было невозможно… Слава Богу Константин Иванович достал яд для всех… Яд раздавали в администрации, чтобы легче умереть и не мучиться… Даже издали указ, у кого некроз, тот пьет яд… Чтобы не отягощать собой еще живущих… Правительство тоже думало, как себя вести в этой ситуации, убивать самим или нет… Решили, что надо вести себя адекватно… Облегчать участь, как могли… Этот яд убивал быстро и практически безболезненно, просто мгновенно останавливалось сердце… Десять секунд и готово!

Если просто хотели умереть, то уже не выходили на мороз. Лучше было просто выпит яд – говорит, это уже приравнивали к автоназии, не к суициду.

Потом теплые циклоны закончились, и температура уже не поднималась до минус тридцати – круглосуточно минус восемьдесят…

– Константин Иванович хорошо построил банк, – говорила ей когда-то Виктория Борисовна… Стекла толстые, под север делали… Они выдерживали такие температуры…

Теперь им разрешили не покидать банк совсем… Директор сделал запасы продуктов… У них даже был подземный проход в магазин рядом… В банке было все… Главное, не покидать банк… Здесь тепло… На улице уже минус восемьдесят… Если кто-то умирал, его относили в закрывающуюся комнату, сначала кидали на улицу… Они с Викторией Борисовной даже иногда слушали у холодильника, вдруг был кто-то живой…

Днем форточки старались не открывать… На улицу вообще не выходили – практически всегда минус восемьдесят… ночью иногда ниже…

Виктория Борисовна однажды хотела вернуться ночевать домой, опять наступили восьмидесятиградусные морозы, хорошо, что в эту ночь она осталась ночевать в банке, иначе она бы тоже замерзла… Татьяна уже ничего  не думала, она просто отгоняла эти мысли и жила… Мысли были слишком страшные…

Директор тоже выкидывал трупы коллег на улицу и однажды отморозил руки… Выпил яд…

– Я думаю, он хотел умереть, – сказала Татьяне Виктория Борисовна. – Может, так ему и лучше… – Они оттащили его труп в холодильник… Кстати, директор тоже был принудительным трансвеститом… Из-за женщин, говорили, солнце закрылось… все из-за них…

В одной комнате треснула форточка. Пока ее закрывали, тоже поотмораживали руки… выпили яд…

Они уже не сомневались, что умрут. Это был просто вопрос времени.

Но когда Виктория Борисовна, ее коллега, выкидывала очередной труп, она обморозила руку… Немного, только ладонь… Но начался некроз, кисть не двигалась… Она тоже выпила яд… Татьяна оттащила ее труп в кладовую… Надо на улицу… но уже нельзя… Лучше сюда… Пусть здесь… Здесь можно было отключить батареи… Это был как холодильник для продуктов, а сейчас для трупов… Так Татьяна осталась одна в банке… Она зашла в хранилище, посмотрела на стопки денег… Сотрудники раньше ходили сюда, как на экскурсию… Татьяна подумала о полном холодильнике и кладовых… Еды полно… Для нее одной…

Когда Виктория Борисовна умерла, Татьяна осталась последней в банке… Больше никого из живых… Она решила не подходить к холодильнику… Больше некого относить…

Татьяна сидела перед компьютером, смотрела солнечные фотки с родителями… С их отпуска… Рядом стояла бутылочка с ядом… Теперь она понимала, почему над отцом часто посмеивались… Не работал ни интернет, ни телефон, ни телевизор… Но компьютеры в офисе работали… Она дотронулась до батарей… «Теплые», – подумала она… – «Греют… То-то и оно»… – подумала она словами Виктории Борисовны… Усмехнулась… «Значит, живем»… Она посмотрела на термометр на улице – минус восемьдесят…

Татьяна за компьютером стала вспоминать последний отпуск с родителями… Так быстрее текло время, и легче было отвлекаться от тяжелых мыслей… почему-то так легче умиралось… – Так лучше,  – говорил Константин Иванович… Когда-то… И они всем офисом смотрели солнечные фотографии…

Они с семьей любили отдыхать на море… Каждый год… «Северяне», – думали все…

– Таня, иди сюда… – кричал папа… – Смотри, какой мальчишка замок из песка построил… Намажь-ка меня кремом, чтобы не обгореть…

Рядом под соломенной шляпкой отдыхала мама… загорала… Папа ее тоже намазал кремом…

Они слушали плеск моря, Таня пошла купаться… Вода, солнце, песок, теплое море качает тебя… На берегу мелькают родители в шезлонге…

Вдруг Татьяна почувствовала резкий холод… Он как будто пахнул ей в лицо и окутал со всех сторон, как метель… «Гейзер отключился», – быстро промелькнула у нее мысль… Последняя ее мысль была почему-то о Виктории Борисовне. Она замерзла мгновенно… Сидя за компьютером… Рассматривая фотографии с солнцем… Одна из последних на планете Зера… Последняя в Россине…

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (2 оценок, среднее: 3,00 из 5)

Загрузка…