Валентина Боован

Страна : Россия

Валентина Кукаевна Боован Куукан, действительный член Международной общественной академии литературы, науки, искусств (ЛИНИя) «Русский слог» выпускников Литературного института им. А.М.Горького; член Интернационального союза писателей (ИСП), член Союза писателей Республики Крым, организатор калмыцкого регионального отделений ИСП, СПРК, ЛИФФт. Окончила педагогический факультет Калмыцкого государственного университета и Высшие литературные курсы (ВЛК) при Литературном институте им. А.М.Горького. Публиковалась в журналах «Российский колокол», «Москва поэтическая», «Часовые памяти», «Новые имена в литературе», «Журнал ПОэтов», «Метаморфозы»(Беларусь), « SUN CITY», «Доля», «Крым». Автор сборника стихов на русском и калмыцком языках «Взлёты и падения»(2010). Удостоена серебряной медали Всероссийского литературного фестиваля «ЛИФФТ-2016»; дипломант конкурса им. Л.А. Загоскина «Вслед за путеводной звездой»(2016); призер фестиваля «Интеллигентный сезон»(Крым-2019)Член Евразийской творческой Гильдии


Country: Russia

Valentina Kukaevna Boovan Kuukan – a full member of the International public academy of Literature, Science and Arts (LINIA), a member of “Russian Syllable”, the union of the Gorky Literary Institute graduates; a member of the International writers’ union (IUW); a member of the writers’ union of the Republic of Crimea; a founder of the Kalmyk branch of IUW,WURC and LIFFT. I graduated from Kalmyk State University, Pedagogical Faculty. I completed a course on literature for professionals at Gorky Literary Institute. My verses were published in the following literary journals: “A Bell of Russia”, “Poetic Moscow”, “Guards of Memory”, “New names in Literature”, “The Journal of Poets”, “ Metamorphoses” (In Belarus) , “Sun City”, “The Destiny”, “The Crimea”. I am the author of the set of poetries in Kalmyk and Russian languages “Rises and Falls” issued in 2010. A silver medal winner of the Literary Festival of Russia “LIFFT – 2016”; a diploma-holder of the competition “Following the Guide Star” in the honour of L.A. Zagoskin “ (2016); a prizewinner of a festival “Intelligentniy sezon” (Crimea-2019); Eurasian Creative Guild

Отрывок из цикла стихотворений “Из рода волчицы”

Великая степь…

О! Великая степь! Колыбель стародавних времён!

В твоих снах вековых мчатся конницы гуннов, сарматов,

Твоя память хранит поступь гордого скифа, ойрата

И волнует, волнует седую степную ковыль…

По тебе шла Эпоха! Эпоха больших перемен!

Оставляя легенды о величии смены времён.

Племена уходили, приходили другие… иные…

Только в песне протяжной оставались их битвы лихие.

 

Ты взойди на курган! Распахни своё сердце ветрам,

Лик свой солнцу палящему, очи зажмурив, подставь

И услышишь воинственный клич, неподвластный векам,

И дрожанье земли от копыт вновь почудится, только представь…

Свист  стрелы пронесётся там, где кружат безмолвно орлы,

За сайгаком промчится тонконогий скакун – Аранзал

И польются напевы калмычки под струны домбры,

Как пришёл Хо –Урлюк и судьбой эту Землю назвал…

 

В стародавние те времена были пастбища буйны, 

изумрудные травы густы,

Реки были полны, вдоволь всем животворной воды,

Овцы сыты всегда и коровы молочные гладки,

табуны быстроноги.  Так поведали нам старики.

Смуглоскулые жёны грациозно вплетали  токуги 

в смоляную тугую косу, чтоб надеть шиверлыг 

И пока муж не снимет, вернувшись с похода, кольчуги,

не распустятся косы, не дотянется чёрный язык.

 

Там сирот не сыскать, как и нет там голодной собаки,

Все пред Богом равны, с чистой совестью душу скрепи

И в кибитке любой тебя примут, тебе будут рады,

Ты – Учителем к ним снизошёл – по законам Великой степи.

И за Мудрость, за Честь весть благую Бурханы народу явили –

По велению Синего Неба под кошмою кибитки

светлый отрок родится, будут звать его Хан-Аюка,

А душа его будет как бескрайняя степь широка.

 

И какие бы вороги своей мощью  вам не грозили,

Будут сломлены черные силы – к рубежам не дойти. 

Будет слава расти, а народ будет  жить в изобилье…

Так и правил полвека любимец народа  Хан Аюка.

Слава Хана росла, за моря, океаны и горы,

О бесстрашных калмыках слагались легенды и песни.

Расскажу вам одну из таких благородных историй

О величии Ханов побратимами ставших навеки.

 

18 век. Петр I  готовит персидский поход.

И  в Саратове гостя высокого ждёт.

10.000 воинов нужно ему,

Чтоб славу принёс этой битвы исход.

Хан сказал: Для кочевников хватит пяти…

Белый Хан, полюбуйся – какие они!

Приказал Аюка своим лучникам выстроить круг

И высоким гостям показать то, как грозен их лук.

 

И по взмаху руки в небеса стрелы меткие взмылись,

Растворясь в облаках, полились  серебристым дождём 

И в едином протяжном свистке стрелы в землю вонзились,  

Ровный круг очертив.  Это было игрой их в «начнём»

И стояли стрелки – не колеблясь, без тени сомненья,

Что вонзится стрела в нужной точке, в назначенный миг.

Этим Воинам Света никогда не узнать пораженья,

Их не дрогнет рука и от боли не вырвется крик.

 

Поражён Белый Хан! 

Золотую саблю подносит Владыке степей:

Ты мне брат и опора России! Нет надёжней тебя и сильней.

Отвечал Аюка:

Эта сабля и Воины Света будут рядом с тобой по востребу.

Рубежи непреступными будут  – моё слово Синему Небу.

О! Великая степь! Колыбель стародавних времён!

Сколько крови и пота, и слёз ты впитала в себя?!

Сколько подвигов славных вздымали тебя?

Сколько воинов пали на груди твои?

Скрежетали бесстрашно лихие сыны: 

Коль прольётся, то чаша крови…

Коль истлеет, то горстка костей…

О! Великая степь…



Мой род

                                               Чонас бишнкнь ундг,

                                                       Чолунас бишнкнь иддг-

                                                       Чонахн ( Всех,кроме волка оседлаем,всё по зудам,кроме камня.Род ВОЛКА)

 

                        Памяти отца-  Боваева Кука Онкоровича

 

Я из рода свирепой волчицы,

«Чон»* зовётся моя родня,

Здесь очерчены строго границы

Между «можно» и строгим «нельзя».

Предавайся безудержной страсти,

Но достоинство, честь береги.

Достигая всесильной власти,

О корнях своих память храни.

 

Пусть в кармане твоём ни гроша,

Не услышишь упрёков: «Ты – нищий»,

Оставалась бы щедрой душа,

Удостоишься почестей высших.

Говорят, будто всё, кроме камня,

По зубам всем, кто родом из «Чон»,

Оседлать можем всех, но не волка,

Чтит волчицу наш род испокон.

 

Да, мой род Чоном-волком зовётся,

Но добрей и родней не сыщу,

Если в жизни мне туго придётся,

Я за помощью к Чонам пойду.

Мне внушает не страх – восхищенье,

Этот серый разбойник степной,

Что его пред людьми прегрешенья,

Коль бесстрашен красавец лихой.

 

Жизнь свою я сверяю по Чонам,

Слово данное ценится здесь.

Родовым, наивысшим каноном

Лишь достоинство будет и честь. 





Встреча

Оцепененье. Это волк

Всего лишь метрах в двух,

И к горлу подступил комок,

Перехватило дух.

Глаза ни добрые, ни злые

Смотрели на меня.

И мы безмолвно говорили

О том, что мы родня.

А волк, наверно, вспоминал,

Как в стужу для волчат

Мой дед барашка оставлял

Волчице. Был ей брат.

Мгновенье вечность поглотило…

Как он исчез? Не помню,

Лишь сердце трепетно молилось

Легенде, ставшей былью, –

Праматерь рода моего

Волчицею была.

 

Журавли       

                       Кермен Хаглышевой (моей бабушке)
Забыть ли старой бабушки рассказ: 
Всему живому было здесь приволье, 
В ладу с природой жили без прикрас – 
Работа – телу, а душе – раздолье. 
Они себя в цари не воздвигали
Самой природы, спесью наполнясь, 
Былинке, ветру, солнцу поклонялись,
С зверьём на равных рядом становясь. 


Зато умели душу наизнанку 
Так вывернуть в мелодии домбры, 
Что журавли слетались спозаранку, 
Чтоб утолить их жажду красоты. 
И танцевали у кибитки птицы, 
И в танце они славили домбру. 
Ведь нам такое даже не приснится – 
Танцуют птицы людям поутру. 

Обучены прабабушкой моей, 
И по сей день танцуют журавли, 
А мне для них не стать уже своей – 
Мелодий тех до нас не донесли.

За танцем я в бинокль наблюдаю, 
К ним ближе мне, увы, не подойти. 
Они к себе людей не подпускают – 
Связующие нити не найти. 


Ты посмотри! О, как они танцуют! 
Как грациозны! Осенило вдруг – 
Старинная мелодия ликует 
В их птичьих душах, призывая в круг! 
К кибитке прилетали журавли 
Потанцевать… 
Как давит мне виски. 
Как растерять такое мы могли 
И обнищать?
Прабабушка, прости.



Сыну
Кем ты будешь потом, 

           в жизни взрослой, пока я не знаю.
Впрочем, мне всё равно, 

          лишь бы был ты на этой Земле,
Непослушный, лохматый мой сын, 

          всё в тебе принимаю,
Пусть не учишь уроки,

              и хлопот доставляешь ты мне.


Но зато весь в друзьях, 

          весь в идеях, общественник, милый,
Нет рубашки такой, 

          не бывавшей  в прокате друзей.
Дискотеки, футбол…

          А таких называют – проблемный,
Составляя, ломаешь ты своё расписание дней.

Я в лучистых глазах 

           всё уверенней, внятней читаю –
Никого не обманешь, 

           за правду на плаху пойдёшь
И последним куском 

          ты поделишься с другом, я знаю.
Нет, скорее всего, 

          ты кому-нибудь просто отдашь.

Я хочу, чтоб ты жил 

          в мире светлом без боли и страха,
Где предательства нет, 

          место в жизни не купишь за куш,
Чтоб тебя окружали 

          благородные, сильные духом,
Чтоб душе твоей чистой

          откликалось бы множество душ.
И в едином порыве

          устремлялись бы ввысь, созидали,
Поравнявшись с богами,

         над собою богов вознесли,
Открывали бы мир, 

         бесконечные звёздные дали
И чтоб юный задор

         на пустой перезвон не свели.

Так, молясь за тебя, 

         я молиться за мир научилась,
За бессчётных друзей, 

         ведь без них не живётся тебе…
Ты на этой Земле. 

         За планету молюсь, чтоб кружилась,
За тебя я молюсь…

         И за всех сыновей на Земле.