Михаил Уржаков

Страна : Канада

Михаил Узиков (авторский псевдоним – Михаил Уржаков) Год рождения 1964, 22 марта. Место рождения – Уфа, Башкирия. Закончил Уральский Архитектурно-Художественный Университет (1990) и University of Liverpool, UK (1992) michael_ouzikov@yahoo.com В настоящий момент живет и работает креативным, арт директором в Екатеринбурге, Торонто и Шанхае. Автор нескольких книг, вышедших в издательствах АСТ/Ультракультура/, 2007 («Дом, который построил Майк»), Кабинетный Ученый, 2015 (Кулуангва, The Ball – переведена на китайский), Издательские решения, 2018 («Казочки» – переведена и издана на английском и польском). Работал креативным директором и художником-постановщиком на Киностудии «Страна». Как публицист сотрудничал с журналами: «Вещь-Док», «Move», «Стольник», «Архитектон»


Country :  Canada

Full name – Ouzikov Michael (Urzhakov Michael) Year of birth 1964 Education – Master Degree in Art, Yekaterinburg Art and Architectural University Country – Toronto, Canada, Shanghai, China Mailing address 219 Dufferin Street Suite # 100C, Toronto, M6K 3J1, Canada. E-mail Michael_ouzikov@yahoo.com Additionally – The script is based on the author’s book “Kuluangwa” Publishing house “Cabinet Scientist”, 2011 Http://www.armchair-scientist.ru/urzhakov-kuluangwa/ In addition, Mikhail Ouzikov is the author of the books in the publishing house “Ultraculture” – the “House that Mike built”, “Fairy Tales”, 2007 Http://www.ultraculture.ru/micke-house For several years he worked as an artistic-director at the Red Square Film Studio. Today Michael is a Creative Design Director of Sanderson Design Group, Shanghai, China.


Отрывок из прозы “Кулуангва. The Ball.”

“…Если я не ошибаюсь, то упоминания об игре в мяч также зафиксированы на территории нынешней Саудовской Аравии. Один из этих удивительных артефактов должен быть, по всей видимости, надежно упрятан в Мекке. Именно там Тесла планировал установку одной из своих башен, подобной Лонг-Айлэндской. Персы тогда приостановили свое движение на запад, и зря! – оставшиеся мячи требовали продвижения дальше, согласно намеченному (но никому пока не понятному) плану. Египтяне, расширяя свою экспансию в регионе (в первом веке д.н.э.), захватили в свое пользование и мячи, и их хранителей. Так, следующим пунктом на пути их продвижения стал Египет. Оставив там одного из своих собратьев (очевидно, – в Гизе, где над ним будет возведено одно из величайших творений человеческого разума – пирамида Хеопса) и, прихватив оставшиеся мячи, хранители двинулись на север. Древние египетские письмена и фрески в захоронении Бени-Хасан в провинции Эль-Минья показывают, что в I веке д.н.э. игру с мячом освоили и египтяне. У них она называлась «сенша». С этим же периодом времени связывают необычайный рост Египта, как одного из самых могущественных государств в регионе.

Очевидно, что «оригинальным» (мексиканским) мячом играли только придворные, остальное же население пользовалось «эрзац-мячами». Очень любопытная деталь: нередко таким заменителем мяча, в самых разных странах, становились головы врагов или рабов. Известно, что во время игры в мяч в Египте, несколько рабов всегда ожидали своей участи у края игровой площадки. Когда голова их товарища по несчастью, катаемая по каменным плитам, приходила в негодность, игрокам требовался новый «мяч». Трупы обезглавленных рабов подкладывали под каменные блоки при возведении пирамид, для облегчения их подъема на следующий уровень пирамиды. Не правда ли, странное совпадение с традицией майя?

Тем временем, средства достижения географических целей у мячей стали тоже более изощренными. Сейчас их уже доставляли до места назначения на копьях и мечах, на колесницах и галерах. Скажем, Александр Македонский (после захвата Египта) стал одним из тех, кто поверил в миссию хранителей. Хранители сами преподнесли ему мяч, находившийся в пирамиде Рамзеса, после чего, разумеется, были уничтожены, как утверждают письмена, – «по их же собственной просьбе и с согласия». Мяч начал кататься по долинам и стадионам античного мира, с подачи Александра став не простой спортивной утварью, но божественным подарком, вскоре попав в древние божественные летописи. Так, первый мяч людям (Эросу) передала богиня Афродита со словами: «это чудесная игрушка, шар летучий и быстрый, солнца подарок – и забаву эту дарит тебе славный Гефест». Интересная деталь: для греков мяч в игре мог символизировать как Солнце, Землю, другие планеты и звезды, так и северное сияние. Северные сияния в Греции – явление практически невозможное, но именно с приходом мяча на античную землю сияния стали такими же частыми, как за нашим Полярным Кругом. Светились они, по описанию очевидцев, ярчайшей зеленью и знаменовались всегда странными событиями, которые население Греции воспринимало как приход на Землю Богов и описывало это в своих легендах. К слову сказать, «зеленое сияние» описывалось и сопровождало движение мяча по миру с подозрительным постоянством. Оно понятно у эскимосов, с большой натяжкой, – в северном Китае, но никак не в Арабских странах, Египте или Греции. Но это – факт. Сияние возникало в момент передачи мяча от одного носителя к другому. В остальное время мяч оставался просто куском резины.

Романова словно пронизало током. Он выпрямился и замер, выронив стакан со свежим арбузным соком. Тот опрокинулся на столик, и салфетки жадно впитали розовую влагу. Дети на корте обернулись, опустили ракетки. Даша, взмахнув рукой, закричала, прикрываясь от солнца:

– Dady, are you OK?

– Пап, ты и, правда, как старый дедушка становишься, – Саша залился задорным смехом, подкинул мяч, взмахнул ракеткой, и игра продолжилась. 

Андрей вдруг отчетливо вспомнил, как он нашел этого покойника и мяч по имени Кулуангва на побережье Чукотского моря. В тот самый момент, когда он, наконец, овладел мячом, полыхнуло совершенно умопомрачительное северное сияние. Тогда ему это тоже показалось странным, ведь обычно это происходит в другое время года, и – уж точно – не во время дождя. «Черт! Я не придал бы значения, если бы не докопался до этих «зеленых сияний» в записях. Ну, ладно, продолжим. Что там о Греции?».

Если Греция приняла один из мячей, и воспользовалась им, в основном, как средством организации разных спортивных состязаний, то Великая Римская Империя, поглотив Грецию, использовала этот мяч строго по назначению: для увеличения силы и могущества своего государства путем завоеваний. Однажды мяч пропал. Не понятно, – как, не известно, – в каком году. Империя, с ее многочисленными Богами, начала разваливаться, покатилась в тартарары. 

Есть версия, когда и как мяч появился вновь: он появился в (нынешнем) нулевом году, в момент зимнего солнцестояния, в руках странного человека по имени Иешуа. Иешуа нес мяч долго: надо было не только донести в нужную точку Ершалаима мяч, но и – новую религию. И это ему удалось. Множесто чудесных деяний Иешуа как раз вписываются в необыкновенные свойства магического предмета: излечение страждущих (по традициям майя), хождение по воде, кормление голодных, свечение над головой и вокруг тела.

Сейчас мне понятно, что достаточно было и нескольких крошек резины, каждая из которых несла в себе фантастический заряд энергии, чтобы накормить пятьдесят тысяч человек. Пусть это и преувеличенные данные о толпе паломников. Мяч, способный принимать любую форму, вполне – по описаниям – походил на каравай хлеба. Но не говорить же людям, что их кормят резиной. А несколько кусочков, что Иешуа дал своим близким сподвижникам на последней встрече, чтобы убедиться, что путь мяча будет продолжен?! А слова, сказанные последователям? «Это – моя кровь, и тело мое…». Иешуа ведь говорил это не гипотетически, он говорил – буквально.

Иешуа и последователи не смогли внести мяч в Ершалаим, они еще не были так сильны. Мяч даже не спас Иешуа, и бедняга повис на кресте. А ведь один из воинов пытался укрепить Иешуа, поднеся ему кусок мяча, под видом мокрой губки, наколотой на копье. Кроме того, последователи пытались вернуть Иешуа в пещере. Они омыли тело мячом, смоченным в уксусе, но было поздно: мяч способен помогать только живой плоти. Тело Иешуа превратилось в камень, над которым возникло ровное светло-зеленое свечение. Последователи тайно вынесли тело и захоронили его, продолжив свой поход с мячом на север. На пути в северном направлении, кроме возвеличивания Иешуа и внедрения новых религиозных основ, последователи играли в мяч. Не отсюда ли берет начало традиция одиннадцати игроков в футбольных командах?

После долгих странствий, только двое (Павел и Петр) донесли мяч до заданной точки. Павла предали завистливые старейшины, но он успел передать мяч Петру, который, в свою очередь, успел схорониться сам и спрятать мяч. Павел, единственный был казнен путем отсечения головы. Древние писания сообщают, что воины, казнившие Павла, играли в футбол его головой. Но и Петру не удалось долго продержаться в схороне. Его схватили и проткнули мечом на площади. Однако, властям так и не удалось выяснить, где спрятан мяч. На этом месте сейчас собираются тысячные толпы людей, чтобы вознести ему славу и хвалу. Это место – собор Святого Петра в Ватикане. 

После успокоения Петра, христианство стало набирать силу с помощью крестоносцев…”

***

“…Медленно, но прямо, Андрей пошел к проигрывателю, на ходу отбросив ружье в кресло, и начал сосредоточенно искать в ряду альбомов какой-то один интересующий его диск. Им оказался Луи Армстронг «What a wonderful world». Тряхнув конверт, он чуть придержал выползавший диск изуродованным предплечьем. Не с первой попытки, но все же уложил пластинку на круг и запустил механизм. Игла пошла вниз. 

I see trees of green, red roses too

I see them bloom for me and you

And I think to myself: what a wonderful world.

I see skies of blue and clouds of white

The bright blessed day, the dark sacred night

And I think to myself what a wonderful world.

Романов наклонился к сейфу и наощупь нашел выброшенный – всего с полчаса назад – последний заряд. Осторожно положил его на столик, вернулся к креслу и тяжело сел. Переплетения оркестра, саксофона, контрабаса, гитар с хриплым голосом Армстронга дополнялись ударами по двери и глухим «бу-бум-бу-бу-бу». 

Хозяин особняка попытался размышлять. Но лишь одна фраза запиленной пластинкой повторялась в его голове, потрескивая и шипя: «Люди не песок, мы можем идти против ветра, пока хватает сил…». На подлокотник кресла из запекшегося обрубка руки выполз почти черный потек крови. Романов погладил шероховатую резьбу на цевье лежащего на коленях ружья кончиками пальцев. Просунул стволы меж колен и переломил оружие. Механизм не «выплюнул» пустые гильзы, видимо, был поврежден в перестрелке. Андрей наклонился, зубами вытащил стреляные гильзы, зажмурившись втянул резкий бодрящий запах пороха и чувствуя горячий метал на губах. Не суетясь, нащупал последний заряд на столике, вставил в верхнее отверстие немеющими пальцами. Зафиксировал стволы в боевом положении. Осторожно отставил ружье к ручке кресла. Зацепил один ботинок другим, сбросил оба. Таким же образом сдернул носок с правой ноги. Немного покривившись, но не от боли, а от неудобства, он приладил, помогая обрубком руки, ружье меж колен. 

Посидел, закрыв глаза и не двигаясь, уложив обе руки на подлокотники и подперев здоровй рукой щеку. Совершенно ни о чем не думалось. Ни о чем важном. Мысли выхватывали разные события жизни, даже не пытаясь состыковаться. Андрей лихорадочно искал в своей памяти доказательства собственной значимости. Быстро рылся в памяти, как воришка, суетливо вытряхнувший чужой кошелек и обнаруживший лишь кучу копеечных монет. Скоро он убедился, что память его битком набита каким-то передержанными фотографиями: женщин, с которыми он спал, вечно обиженной жены, переевших веселой жизни детей, неправдоподобных сейчас мериятий, в которые он так радостно ударялся, – спуска в батискафе на дно Марианской впадины или подъема на гору Кайлас… Он почему-то вдруг увидел перед внутренним взором разные удостоверения, титулы и награды, приписывающие ему самые разные достоинства и добродетели, какие только можно было найти только в тридцати миллиардах долларов. Отдельно вспомнились значок ГТО Второй Степени и Юношеский Разряд по волейболу за участие в районных соревнованиях школ в его родном Новосибирске. Тряхнув головой, Романов вдруг сосредоточился и припомнил последние строчки из манускриптов, которые он про себя назвал «Тейхриба-Теслы»:

 «Триггер» станет Благом или Злом Максимального Действия Вселенной и это, по всей видимости, неотвратимо. Что будет выбрано Вселенной – Благо или Зло – неизвестно. Неизвестно и что в представлении Максимального Действия Вселенной есть Благо, а что Зло? … как бы мне хотелось думать и надеяться, что человечество в следующем веке будет способно остановить доставку объекта в точку «детонации», предотвратив свое возможное собственное уничтожение. 

И тогда, наконец-то, кто-то оставит Землю в покое?!

Андрея вдруг осенило: единственное нужное дело, которое ему удалось совершить в этой жизни, – НЕ ДОНЕСТИ. Не донести то, что ему положено было донести из одной точки планеты Земля в другую. Сегодня он сделал все, что смог, чтобы остановить маленький черный предмет, не дать ему найти свое непонятное пристанище. Десятки, сотни, тысячи лет человечество, цивилизация за цивилизацией, старалось найти и доставить его так самоотверженно, так истово, так отчаянно, путем тысяч и тысяч смертей, войн, крови, подъемов и падений, путем проб и ошибок. Все, что каждый «избранный» когда-либо делал, было сделано под влиянием великой цели «доставки» небольших шаров в определенные точки Земли. Десятки выбранных счастливчиков прикоснулись к мячу персонально, что позволило им стать величайшими людьми. Но высший смысл всей истории цивилизации, так или иначе, заключался в банальном «закатывании» шаров в заранее приготовленные кем-то лузы. Ну, не величайшая ли это глупость? Как это у кого-то сказано: «Ступая по линиям судьбы на Земле, которые стерегут Боги, я приду к их колыбели…». В этом и есть мое счастье и предназначение? Парадокс! Я, находясь в ясном уме и твердой памяти, совершенно добровольно и осознанно совершал поступки, ведущие к моему несчастью. Знал, как надо поступить себе во благо, но отчетливо понимал, что поступаю себе во вред. Пора было это остановить уже давно, и вот сегодня, как мне кажется, остановка свершилась. Наконец-то, КТО-ТО ОСТАВИТ ЗЕМЛЮ В ПОКОЕ!». Довольная полуулыбка скользнула по перепачканному кровью лицу Романова.

Неожиданно дверь за спиной крякнула выдавливаемым металлом, и, в образовавшуюся узкую щель, в комнату влетел небольшой металлический цилиндр. Андрей мелко засмеялся, сотрясаясь в кресле, отчего искалеченная рука задергалась на подлокотнике, разметывая черные брызги. Затем, уже совсем онемевшими пальцами, он крутанул ружье меж колен и вставил стволы себе в рот. Большой палец ноги нащупал крючок. Гильза газовой шашки на полу звонко щелкнула, и из нее повалили плотные клубы белого, едкого дыма. «Когда силы заканчиваются – пора уходить. Как там? Тон гуха!», – с удовлетворением подумал Романов и вдавил курок.

Когда группа захвата в бронежилетах и противогазах вломилась в темную дегустационную комнату подвального этажа южного крыла резиденции Романова, помещение было окутано густыми клубами белого дыма из еще шипящей шашки. Мощный свет ручных фонарей выхватил сидящую в глубоком кресле фигуру человека, аккуратно сложившего руки, или то, что от них осталось, на подлокотники. Меж ног у человека было зажато двуствольное ружье. Голова у человека отсутствовала. На полке, недалеко от камина, потрескивая в виниловыми бороздках, продолжал выдавать свое хриплое соло Луи Армстронг.

I hear babies cry, I watch them grow

They’ll learn much more than I’ll ever know

And I think to myself what a wonderful world

Yes, I think to myself what a wonderful world…”.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (45 оценок, среднее: 4,44 из 5)

Загрузка...