Ева Сечина

Страна : Россия

Моя первая книга была о предоставлении специализированного жилья (я – адвокат), 01 марта 2018 года начала работать над “Судьбами”. 01 сентября 2018 года книга была готова.
Увлекаюсь цигун, тетахилингом, психологией. Мама двухлетнего малыша.


Country : Russia

My first book was about specialized housing (I am a lawyer). On the 1-st of March, 2018 I began to write “Destinies”. On the 1-st of September, 2018 the book was ready.
I practiсe qigong, tetahealing, I am interested in psychology. Have got a child (2 years old).


Из книги “Судьбы”

Скала смерти

Лучше гор могут быть только горы,

На которых ещё не бывал…

1.Базовый лагерь.

Давид закончил копать, приспустил штаны и облегчился в снежную яму. Оголять зад в минус пятнадцать – не самые приятные ощущения. Присыпал снегом и направился в палатку.

Из соседней палатки раздавался мужской смех. Ноам и Ури, наверно, опять режутся в карты.

Давид приоткрыл полог и заглянул внутрь.

-А, заходи. Все равно делать нечего,  – бросил Ноам.

-Ноам, а ты зачем вообще пошел с нами? – наконец задал давно интересовавший его вопрос Давид.

-Да я с детства боялся высоты. Бабка все время пугала, если я куда-то лез. Говорила, что упаду и все кости себе переломаю. Ну, я и трясся на эскалаторах, в лифтах, даже на второй этаж с трудом поднимался. Потом понял, что так нельзя. Пошел учиться на скалодром. Было дико страшно. Поехал вначале на Варду, Мероне. И боязнь высоты ушла. Потом даже на Хермон поднялся. Ну, и втянулся. А зачем иду на Эверест? Просто потому,  что он есть. – ответил Ноам. – А ты, Давид? На кой ляд тебе тут торчать две недели?

-Я с детства мечтал.  Я, наверно, когда за молоком матери тянулся, уже тренировался.  Это ж самая высокая гора в мире! Хочу доказать себе, что могу.

-Тебе вообще сколько лет-то? – поинтересовался Ноам.

-Двадцать семь, – ответил Давид. – Да, буду самым молодым израильтянином, поднявшимся на гору. Если повезет.

-В книгу, значит, захотел. – усмехнулся Ури.

-А ты, Ури? – спросил Давид.

-Да я так,  селфи хочу сделать, – съязвил альпинист.

-Ты бы подешевле себе где-нибудь фотку сделал. Я вот три года копил на эти сборы, – фыркнул Ноам.

-Ну, что? Завтра выступаем? – уточнил Давид.

-Да, я уже наакклиматизировался, –  кивнул Ури.

  1. Лагерь №1.

Давид натягивал снаряжение.

– Хорошо, хоть обратно газовые баллоны не попрем.  

– Да. Только 8 килограмм этого дерьма – твои, – Ури кивнул в сторону гор мусора. – Остался от желающих залезть на скалу. Непальцы уже тревогу бьют: “Захламили Эверест”. Поэтому и депозит этот ввели. Тащи мусор вниз или забудь про депозит.

– Да, четыре тысячи бачей на дороге не валяются. А некоторые, говорят, без баллонов поднимались, – добавил Давид.

– А некоторые так и не спустились. Ничего, не бзди. Дойдем к вечеру до второго лагеря, заночуем – передохнем, – ответил Ури.

Ноам протянул Ури кольца веревки.  Тот усмехнулся и пошел вперед.

– Ури, не дури! – крикнул Ноам, – Свалишься в расщелину – станешь частью пейзажа.

Ури не обернулся.

– Что это с ним? – спросил Давид.

– Да он типа крутой. Все они такие. Кто больше десяти лет ходит.

  1. Лагерь №2.

Давид открепил карабин и бросил рюкзак.

– А завтра по какой стороне склона? – спросил он у Ури.

– По южной. Там через триста метров виден канадский флаг. Не потеряемся.

– Что за флаг?

– Несколько лет назад была экспедиция. Они хотели первыми подняться без газовых баллонов. И в группе были муж с женой. Жена сорвалась, но зацепилась за выступ. Муж полез ее спасать и упал в расщелину. Остальная часть группы почти спустилась к жене, утешала ее, но потом чуваки ушли. Оставили умирать. Они вернулись через несколько лет и накрыли ее труп флагом.

– Жуть какая, – передернулся Давид.

– Да. Ну, она знала, на что шла. И сейчас много неподготовленных лезут.

4. Передовой базовый лагерь.

Давид пытался шевелить замерзшими пальцами. Ноам нервно курил.

– Я дальше не пойду, – произнес он.

– Ты че, брателла, сдрейфил? – усмехнулся Ури.

– Это ты никому не нужен, – выплюнул Ноам, – А у меня есть жена и двое детей.

5. Лагерь № 3,

– Здесь какая высота? – спросил Давид.

– 24 500 футов. На ночь одевай маску, а то не проснешься. Кислорода почти нет, – ответил Ури и лег на мешок, – Переждем погоду. А то – потом по нашим ботинкам будут ориентироваться.

– В смысле? – спросил Давид.

– Ближе к лагерю есть развилка. Там для ориентира используют труп чувака в зеленых ботинках. Он когда-то спрятался в пещере и так ослаб, что не смог выбраться. И умер. Ветер выдул труп из пещеры. И он, и ботинки хорошо сохранились.

Давид скривился.

– А почему трупы не убирают?

– Дорого. Тридцать тысяч баксов выложи, когда тебе уже все равно. Ты же сам подписывал бумажку, чтобы твой труп не спускали, если что. Ты представь: вертолет не долетит, шерпам придется тебя положить в мешок и тащить на себе вниз примерно восемь километров. Оступиться налегке и свалиться вниз – как раз плюнуть. А с таким грузом – тем более. Кому это надо?

– Шерпам?

– Шерпам. Непальцам, живущим в районе Эвереста. Рисковать за просто так никто не будет. Хорошо, нас не заставляют тащить трупаки обратно. Принеси восемь килограмм отходов и один труп или забудь про депозит, – Ури рассмеялся.

6.Южное седло (лагерь №4).

– Ури, а ты почему идешь?

Ури усмехнулся:

– Хочу сыграть со смертью. Я ее или она меня… Ты почувствуешь, как умирает тело. Нужно дойти и вернуться, и успеть не сдохнуть по дороге.

           7. Зона смерти.

Давид считал про себя шаги. Глаза болели от яркого белого цвета. Переставлять ноги с каждым футом становилось все труднее.  

Вдруг он услышал, как кто-то позвал его: «Давид». Он обвел глазами пейзаж – никого.

И снова: «Давид» …  И вроде бы слева появилась какая-то фигура.

Да что это? Давид с усилием сделал поворот головой. Закрыл и открыл глаза. Да, здесь не только снежного человека – самого черта можно увидеть. Снова начал считать про себя шаги. Один-два. Один-два.

Он дернул за веревку. Кивнул Ури на выступ, тот понял и сделал несколько шагов назад. Давид присел. И прислонился к скале. Здесь хоть не так дуло. Еще немного. Заставил себя подняться. Белая пелена была везде, докуда мог дотянуться взгляд.

Шел, наверное, уже пятый час подъема.

Они подошли к последнему склону. Давид во что-то уперся головой. Приподнял голову и прищурился. Ботинки, штаны, куртка, каска. Альпинист висел на веревках и слегка покачивался от ветра. Давид дернул за ботинки. Реакции не было. Крикнул:

– Ури!

– Он – уже все. Пошли, – раздалось в ответ.

Через несколько метров на веревках висело еще одно тело. Давид подобрался поближе и дотронулся до лица. Тело слабо дернулось. Но глаза не открылись.

– Он в коме, – раздался голос Ури. Оставь его. И дернул веревку, связывающую его с Давидом.

Давид вздрогнул, но послушался.

Через пять метров висел еще один человек и слабо шевелился.

– Ури, он жив!

Ури не отреагировал. Давид подтянул тело к себе. Дышит. Раздался слабый стон. Альпинист открыл глаза.

Давид достал нож и перерезал веревки. Аккуратно опустил мужчину на снег. Cнял свою маску и одел на лицо альпиниста. Тот громко задышал.

– Не дури, – услышал он голос Ури. – Ему не поможешь и сам сдохнешь… Пошли. Осталась тысяча футов.

Давид забрал маску себе.

– Birak beni, – прошептал альпинист. Черные глаза были затуманены.

Давид поднял голову. Вон она – вершина горы. Рукой подать. Заветная мечта.

– Git, –  едва слышно прошептали губы.

Давид выпрямился и пошел в сторону Ури. Шагов через пять замер.

– Да, б…ть!

Отстегнул карабин, связывающий его с Ури, и зашагал обратно в сторону турка.

Поднес маску к лицу. После пары вздохов альпиниста забрал маску, подлез под тело, распрямился и пошел вниз по склону.

Навстречу шла группа.

Давид положил турка на снег и пошел к группе. Подошел почти вплотную и рукой указал на баллон. Альпинист отмахнулся. Давид схватил другого за рукав, тот дернулся. Один альпинист остановился и подошел к турку. Снял баллон и надел на него маску. Вроде малайзиец. Взглянул на Давида. Забрал маску обратно. Взял турка под плечи и помог навалить его на Давида. Давид пошел.

До четвертого лагеря оставалось еще пара футов.

Давид присел. Приблизился к лицу турка, тот едва заметно дышал. Поднял его и снова пошел.

Вдали виднелись палатки Южного седла. Какие-то люди выбежали навстречу. Схватили почти уже бездыханное тело и понесли в палатку.

Турок осторожно пил воду через трубочку.

– Have you got an insurence? – спросил Давид.

Турок кивнул.

– Тогда надо вызвать вертолет, – Давид достал рацию… – Прилетит только ко второму лагерю.

Белая пелена застилала глаза. Давид щурился. Еще шаг и еще. Рыжая точка становилась все ближе и ближе. Вон они – палатки. На небольшой площадке – вертолет. Радость придала сил. Давид пошел быстрее.

Их заметили. Подбежали.

Уже в вертолете врач диагностировал у турка обморожение пальцев. Раздулись, как сосиски. Но он живой. Черт возьми! Этот долбанный турок живой!


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (5 оценок, среднее: 2,60 из 5)

Загрузка...