Вадим Курамшин

Страна: Казахстан

Юрист. Многие годы занимаюсь правозащитной деятельностью. Так же публиковал свои репортажи в ряде казахстанских СМИ. За что систематически подвергался репрессиям. Последнее осуждение на срок 12 лет колонии особо строгого режима получил после возвращения с конференции ОБСЕ в Варшаве, где выступал с критическими докладами в различных сессиях. При этом по уголовному обвинению, в котором был ранее присяжными признан невиновным. Предыдущая судимость была за публикацию статьи в газете, раскрывающей суть хозяйственного спора между простыми крестьянами и представителями властного клана в собственности которых оказалось имущество, переданное в период приватизации сельчанам на их имущественные паи. В Казахстане признан особо опасным рецидивистом. По настоящее время нахожусь под строгим надзором полиции, не имею права покидать пределы Казахстана. Равно как и место жительства после 22 часов. Международными институтами по правам человека признан узником совести. Лауреат международной адвокатской премии имени Людовика Трарье, церемония вручения моей матери состоялась в Париже в 2013 году. Лауреат оппозиционной премии “Свобода”. В казахстанских тюрьмах провел более 13-ти лет, где неизменно подвергался всевозможным преследованиям за свою активную позицию отстаивания прав человека. Ранее в 2002 году уже предпринимал попытку написать книгу, но рукопись у меня похитили в колонии перед самым освобождением. Моя книга прошла регистрацию авторского права в Министерстве Юстиции Казахстана, так же присвоен код ISBN.


Country : Kazakhstan

Lawyer. For many years I have been engaged in human rights work as a lawyer .I also published reports in a number of Kazakh media. For which I was systematically repressed.
The last conviction for a term of 12 years in a high-security penal colony was received after returning from the OSCE conference in Warsaw. Where I made critical reports in various sessions at the same time, on a criminal charge in which I was previously found not guilty by jury. The previous criminal record was for publishing an article in a newspaper revealing the essence of an economic dispute between ordinary peasants and representatives of the ruling clan who owned the property transferred to the villagers during the privatization period for their property shares. In Kazakhstan, I am recognized as a particularly dangerous recidivist. I am currently under strict police supervision and have no right to leave Kazakhstan.
As well as the place of residence after 22 hours. Recognized by international human rights institutions as a prisoner of conscience. Winner of the Louis Trarier international bar award, my mother’s award ceremony was held in Paris in 2013. Winner of the opposition “Freedom” award
I spent more than 13 years in Kazakhstan’s prisons, where I was invariably subjected to all kinds of persecution for my active position in defending human rights. Earlier in 2002, I tried to write a book, but the manuscript was stolen from me in the colony just before my release.

 

Отрывок из художественной биографии “Поколение, обрезанное цензурой- КАТАРСИС” 

 

7 февраля 2015 года, Северный Казахстан, Село Жаман – сопка (в переводе – «плохое место»). Исправительная колония особого режима для особо опасных рецидивистов Учр ЕС-164М. 

За чашкой крепкого кофе в чайхане сидели двое заключённых. Они живо обсуждали написание первых страниц художественно-биографической книги, автором которой являлся никто иной, как сорокалетний Дмитрий Максимов, уже дважды признанный международным сообществом политзаключенным Казахстана. За осуждение в 2006 году по обвинению в клевете на прокурора и его братьев, нагло присвоивших чужую собственность жителей села, переданную сельчанам на имущественные паи при реорганизации совхоза. В обвинение ему ставилась публикация статьи в газете с историей о том, как крестьян оставили «с носом». За что, по надуманному обвинению в клевете, Диму посадили на три года и десять месяцев в исправительную колонию строгого режима. Где подвергали изощрённым пыткам. Сейчас Дмитрий Максимов отбывает третий уже по счёту срок. По совершенно бредовому обвинению в вымогательстве у прокурора приграничного с Киргизией посёлка Кордай, по которому ему впаяли двенадцать лет особого режима. Несмотря на то, что сфабрикованное тупо, бездарно, обвинение в суде полностью развалилось, а самого Дмитрия Максимова, известного в мире правозащитника, ранее, 28 августа 2012 года уже признавали невиновным и освободили из-под стражи прямо в зале суда своим вердиктом присяжных заседателей. Оправдательный вердикт присяжных, судья специализированного суда города Тараза господин Тасука-бай, отказывался провозглашать шесть дней подряд. За это время, присяжных и их семьи, сотрудники КГБ Жамбылской области прессовали по полной. Требуя признать виновным неугодного правозащитника. Тогда подсудимого Максимова каждый день утром увозили из тюрьмы в суд за приговором. Откуда ни с чем он под вечер возвращался в тюрьму. И вот, 28 августа 2012 года, его снова привезли и заперли в клетке подвала суда. Его честь, Тасука-бай, попытался снова, в последний уже раз, посильнее поднажать на присяжных, чтобы добиться обвинительного вердикта:  «Гульнара Аспандияровна! Вы уважаемый человек, завуч школы. Подумайте еще раз. Вас же с работы выгонят! Зачем вам из-за этого оппозиционера на такие жертвы идти?» – в очередной раз пошел в атаку на сознание присяжных судья Тасука-бай.

 – «А почему оппозиционера?» – Одна из присяжных заседателей вступила в перепалку с судьей. –« Он же не против нашего президента Бексултанова, он только с пытками и коррупцией боролся…» – 

«Вы что себе позволяете, Тасука-бай? Нас дома прессуют, названивают с угрозами, мужей пугают на работе увольнением, ещё вы здесь в суде на нас давите. Это что за беспредел то? Парень ни в чём не виновен! Мы же не дебилы! Всё видели, слышали. Сажать вы должны прокурора!» – возмущённо вмешалась в разговор красивая молодая гречанка Помалиди. – 

«Я без вас знаю, кого надо сажать. И с вами ещё разберутся, сидите тут, голос подаете! «– попытался урезонить гречанку судья Тасука-бай. 

–« Ты что творишь, сука!» – со стула вскочил простой аульный мужик по имени Канат. Он был уже не в силах терпеть этот судейский беспредел, происходящий у него на глазах вот уже шестые сутки подряд. Ему до боли стало обидно за свою страну, Родину, в которой, судя по всему, больше нет Закона. Раз вот так, открыто, казнят невиновного парня. Когда Канат был уже в полуметре от подорвавшегося в панике на выход судьи Тасука-бай, женщины повисли на нём. Это и спасло Тасука-бай от избиения, ему не оставалось ничего иного, как нарушить приказ КГБ и освободить этого правозащитника. 

А уже через два  месяца экс-политзаключённый, правозащитник, Дмитрий Максимов выступал с мировой трибуны на собрании ОБСЕ в Варшаве, где он приковывал к себе внимание тысячной аудитории со всего мира разгромными выступлениями в пяти сессиях: Свобода слова, Доступ к правосудию, Общественные объединения, Пытки. Всё в его выступлениях касалось положения дел по этим темам в своей стране. Подробно он остановил своё внимание на разделе «Пытки», рассказав о многих случаях безнаказанных убийств государством заключённых в тюрьмах. Послы развитых стран Европы подходили к нему в фойе, чтобы выразить своё восхищение, пожать руку и предложить политическое убежище. Ведущие общественные деятели с мировыми именами из России, Украины, Киргизии и Казахстана настоятельно требовали от него остаться, не возвращаться в становившуюся все более дикой страну. Но он сделал свой выбор. Вернулся в Казахстан. Потому что он не такой как все. Он настоящий. И ещё потому, что его ждала там любимая женщина, которую он любил больше жизни и боготворил. Но, как покажет время, и эта его любовь, и возвращение в Казахстан были большой ошибкой. Вернулся … 

Напротив политзаключённого, лауреата международных и отечественных правозащитных премий Дмитрия Максимова за столом в чайхане сидел другой арестант – Фарид. Этот мужчина был одним из немногих, кто пытался хоть как-то здесь себя развивать, занимаясь самообразованием. Отец Фарида ушёл из жизни рано, мальчишку воспитывала мать. Основное время подросток проводил на улице. Там и нарвался  по своей молодецкой удали на первый срок за пьяную драку у входа в кафе. В 19- летнем возрасте, приговорённый к 3 годам колонии общего режима, он заехал в автозаке в ИК-29, в посёлке Гранитный, что в 12 км от Кокшетау. Уже тогда, в 2004 году, эта зона славилась на весь Казахстан своей жестокостью. Били и истязали во всех зонах Северного Казахстана, но лишь на гранитке за малейшую жалобу, переданную на свободу,  могли подвергнуть сексуальному насилию и определить в гарем (обособленное место жительства лиц, подвергшихся сексуальному насилию). Целые сутки молодой пацан, наслушавшийся в тюрьме разговоров про тюремную романтику, держал стояк – не брался за тряпку, не подписывал никаких бумажек. На шестой день благоразумие взяло верх. Он выполнил, что от него требовали. Выйдя в колонию от непрекращающихся преследований, пыток, избиений, постоянных унижений, его стали посещать мысли о самоубийстве. В этой зоне было так невыносимо тяжело, что по звонку подъёма хотелось не поваляться ещё в тёплой постели, а прямо сейчас, как можно скорее, взять и умереть. В такой обстановке он познакомился с мусульманином Османом. Его новый товарищ по свободе был имамом в одной из небольших мечетей Западного Казахстана. Осман, получив религиозное образование в Сирии, по возвращению, у себя на Родине получил срок 11 лет по обвинению в экстремизме. Фарид с каждым днём общения с этим человеком чувствовал ещё большую потребность в этой дружбе. Уже через месяц он не курил, не употреблял матерных слов, а в общении с окружающими стал обращаться исключительно на Вы. Проблема была уже не в издевательствах. Осман вселил в него дополнительные силы и пробудил дремлющий доселе дух. Он научился сносить физическую боль и унижения стоически, относиться философски к выпавшим на его долю испытаниям. Невозможность изучать религиозную литературу и совершать намаз – вот что действительно огорчало 19- летнего парня. Аллаху было так угодно, что уже через год Фарид вернулся на свободу. Но вернулся уже совсем другой человек. Все своё свободное время он посвятил богослужению, активно вёл переписку с братьями-мусульманами из Сирии, Ливана, Арабских Эмиратов. Все эти контакты передал ему Осман, который оказался довольно известным в этих кругах религиоведом. Аллах был настолько благосклонен к Фариду, что и на свободе дал возможность в стремительном развитии. Уже к концу 2005 года он, по протекции Османа, получает приглашение и вылетает в Египет, где поступает в мусульманский университет «Альаскар». Летом 2007 года он на летних каникулах прилетел в родной Кокчетав навестить мать, к тому времени успев закончить лишь первый курс обучения. С первых же часов пребывания в отчем доме к нему потянулись верующие, но Фарид не принимал разговоров об экстремизме и радикальных идеях. Напротив, он старался нести в массы терпимое отношение к религии. Каникулы ещё не успели закончиться, а Фарид уже был арестован. В авральном режиме, буквально за две недели, признан рецидивистом и осужден к 6 годам лишения свободы в ИК строгого режима г. Атбасар, где он впервые встретил Диму Максимова, отбывающего свой срок по обвинению в клевете за публикацию статьи в газете, компрометирующей прокурорский клан. Атбасарская колония не менее активно практиковала издевательства над заключёнными, чем ИК-29, но имело одно для Фарида существенное различие. Какая-никакая, но там была мечеть, и он уже на второй месяц пребывания в колонии становится имамом, где до середины 2007 года получает целых три поощрения от администрации зоны. Два за ремонт мечети и одно за плодотворное сотрудничество с воспитательным отделом. Но… Всё вдруг резко меняется с приходом 2010 года. Парламент страны ликвидирует своими новыми поправками все мечети в зонах. В то же время в отживающей свои последние дни тюремной мечети ИК, вдруг находят CD-диски экстремистского содержания. Всем ясно как белый день, что диски просто-напросто подкинули сотрудники КГБ. Само видео, по собственной оценке подсудимого Фарида Хамзахметова, рассчитано на дебилов. Он вообще не может воспринимать всерьёз эти обезумевшие воззвания каких-то тёмных фанатиков с монитора. 

Близкие молодого человека стучатся в двери всех правозащитных организаций в стране. Шлют многочисленные обращения и в международное Бюро по правам человека, директор которого – еврей Евгений Абрамович, катается по всему миру и глотку дерёт в защиту от преследований казахстанских олигархов. Эти лицемерные объединения откровенно игнорируют все заявления семьи Хамзахметовых. Безутешная от горя мать Фарида выходит, по просьбе сына,  на правозащитника Дмитрия Максимова. Он уже полгода как на свободе и ещё более отчаянно, чем раньше защищает права простых людей. Редкая неделя обходится без новых публичных разоблачений от Максимова. Он, словно фантом, появляется то тут, то там, всюду где происходят преступления против личности в госучреждениях. Только лишь мать Фарида переговорила с опальным правозащитником, как вдруг все медийные просторы потрясло видео с откровениями того самого сотрудника КГБ, который и подбросил эти злополучные диски. Но на этом история с вбросом диска не закончилась. Тот самый комитетчик через месяц после подброса посетил мечеть, где покаялся перед Аллахом. Откуда вышел  другим человеком. В тот же день подал рапорт на увольнение. Пресс-конференция Дмитрия Максимова с представлением широкой публике видео с откровенным рассказом о подбросе дисков ещё долго будет тиражироваться в западных СМИ. Но, тем не менее, Фариду дали новый срок уже в ИК особого режима, где они по воле Аллаха, или недосмотру КГБ, кому как будет угоднее, и встретились с Максимовым вновь. И вот сейчас они обсуждают будущую литературную работу политзаключенного с его исповедью будущему читателю. – «Понимаешь, в чём проблема? Я решил писать эту книгу максимально правдивой. Всё, что касается себя, писать честно, не придавая себе каких-то не присущих мне положительных качеств. Именно таким, каким я был в те далёкие лихие годы. Ведь тогда мною двигала совсем не идея, не защита прав человека. Я просто хотел заработать и мне это удавалось. А те шальные деньги  все транжирил на девушек, казино и рестораны. Ведь даже своей семье своего жилья не купил, хотя машин по нескольку единиц имел. Но, боюсь, сам себя в грязь перед читателем толкаю,»– делился своими переживаниями вокруг книги политзэк. Задумавшись над словами Максимова спустя паузу, Фарид ответил:  «Думаю, так и надо. Читатель сам всё поймёт, расставит по местам. С большим доверием и интересом будет читать эту книгу, понимая, что в ней вся правда. Это же твоя своеобразная исповедь.  Не лукавишь. И, кроме того, Дима, все те инсценировки, о которых ты мне рассказывал по поводу попыток подложить тебе проститутку и обвинить в изнасиловании будут читателю более понятны». 

– «А ведь ты прав!» – неожиданно для самого себя согласился с собеседником Дмитрий. Мой разгульный образ жизни многие годы был для КГБ тем слабым местом, в которое они неоднократно пытались нанести удар. 

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (85 оценок, среднее: 4,42 из 5)

Загрузка…