Алексей Сарнов

Страна: Россия

Крайне разносторонний человек, настолько, что и писать долго 😉

 

Country : Russia 

Have got too much interests 😉

 

Отрывок из сатиры “Под грифом «Секретно»”

 

 

2 месяца в КПЗ прошли как год, апатия при заключении неожиданно быстро сменилась на маниакально-активное состояние – я лез на стену не только в переносном смысле. От осознания того, что упущено столько времени, а может быть и вся моя дальнейшая жизнь уже спущена в унитаз, хотелось постоянно двигаться, изнуряя себя бесчисленными нехитрыми упражнениями, доступными в крохотной камере, которая была меньше шкафа в доме чиновника – я подтягивался держась за прутья окна, отжимался, приседал, отжимался, стоя на руках вниз головой, и вымещал злость на обшарпанных стенах, намотав на руки кучу тряпок, и все «снова и снова», как писал фантаст Симак… но ничего не помогало – я раз за разом возвращался к своим воспоминаниям и громко материл себя, корил судьбу и всеми ненавидимое государство нашей искренно любимой и многострадальной родины…

 

Глава 1. О дивный и стабильный мир.

  • -Стоп-стоп-стоп! Саня, опять припев играешь вместо того, чтобы на бридж выйти!
  • -Да бл*! Со второго куплета. – раздраженно проговорил Саня, начав отбивать ритм по хэту.
  • -С начала. Чтобы не забывал. – строго ответил я.

 

Состроив недовольную гримасу, барабанщик принялся играть вступление, слишком сильно при этом стуча палочками и демонстрируя своё раздражение на моё решение, что вызвало сразу три одновременных ухмылки помимо моей. Нас было пятеро, и я, благодаря этому, был освобождён от тяжёлой для меня ноши по совмещению вокала, гитары и контроля за общим процессом, что мешало мне как правильно петь, всегда опуская звук на диафрагму, «с зевком», так и увеличивало число мелких ошибок и в игре, и в вокале. Репетировали мы на одной из немногочисленных оставшихся после пандемии реп-баз с довольно неплохим оборудованием, у каждого в кармане куртки лежала «многоразовая» медицинская маска, не защищающая от инфекций, а наносящая больше вреда, чем пользы, ношение которой, тем не менее, стало обязательным в последние годы – по всей планете «свирепствовал» очередной вирус, и наше «любимое» государство продолжало навариваться на своих гражданах, поставив эпидемию на поток, чтобы полностью контролировать людей и их перемещения, а также разделив и натравив граждан друг на друга за счёт «масочных войн». Вместо введения режима ЧС, при котором государство было бы вынуждено поддерживать граждан материально в тяжёлый период, а те бы соблюдали профилактические меры в соответствии с законом, был введён отсутствующий в законодательстве термин «режим самоизоляции», а «пандемии» пополнили множество бюджетов – штрафы, вакцины и тендеры, продажа масок в десятки раз дороже на социальных и транспортных объектах и лекарств, а отмена бесплатного проезда, якобы для того, чтобы люди сидели дома, увеличила транспортные сборы. Всего за пол года первой эпидемии олигархи разбогатели на 20% – ничего личного, как говорится, просто бизнес, а сумма штрафов за то же время уже превышала пол миллиарда деревянных, собираемых с нищего населения, причём эти штрафы в самом начале не основывались ни на одном законе, лишь базировались на приказах чиновников, противоречащих как предыдущей конституции, так и фиктивной, принятой во время эпидемии в течение первого в нашей истории многодневного «голосования» на пеньках, лавочках у подъездов, в багажниках машин и на тележках из супермаркетов, где дополнительно за счёт «масочного режима» было легко организовывать фальсификации, однако продажные судьи всё равно штрафовали людей. Дабы самоутвердиться за счёт граждан, «доблестная» полиция, скрывая свои лица за масками, жёстко винтила тех, кто был без намордников, не взирая на то, что те не нарушили никакого закона, а в магазинах отказывались продавать товар покупателем без масок и перчаток, забыв про то, что они уже заключили договор оферты с зашедшим покупателем, когда выложили товар на прилавок, а чиновники же являлись исполнительной властью, а не законодательной, и все их распоряжения о ношении «красных труселей» или «шапки с бубенчиками» в обход режима ЧС были противоправны и не могли нести никакой юридической силы… я хоть и не был вирус-диссидентом и соблюдал изначально рекомендации по профилактике, но присоединился к миллионам людей, которые стали ходить в масках Кая Фокса, и такая массовая солидарность оказалась крайне действенной, заставившей этих уродов сдавать назад, трясясь от страха за свои жалкие и никчёмные жизни… Потом же наши бывшие спортсмены, артисты, бизнесмены и космонавты с «пониженной социальной ответственностью», то бишь депутаты, спешно приняли закон «об обязательном ношении масок», который, конечно же, также противоречил конституции… но они ведь умели лишь читать циферки на купюрах, буковки же всегда были слишком сложны для восприятия их скудного умишка. Ещё тогда обновили системы видеонаблюдения, благодаря которым стало возможным дистанционно штрафовать за нарушение «режима самоизоляции» тех, кто не был в намордниках, что уже привело ко всеобщей необходимости носить маски, дабы не кормить ожиревших патрициев… А какие законы начали писать… взять хотя бы коррупцию, которая стала узаконенной при неких мифических «непреодолимых обстоятельствах», видимо связанных с астрономическими суммами, вызывающими непреодолимое желание их получить, а борьба же с коррупцией признавалась экстремизмом. Все те, кто финансово поддерживали антикоррупционные расследования, также признавались экстремистами и не могли участвовать в политической жизни страны, в отличие от воров, мошенников и бандитов. Для тех же, кто не жертвовал им деньги, был принят закон «об иностранных агентах» – достаточно было крошечного перевода на счёт неугодному из-за границы, что также запрещало политическую деятельность. И не перепутайте – иностранный агент – это не депутат, с имуществом и бизнесом за рубежом, оформленным на родственников, а обычный человек, получивший перевод от отечественных спецслужб. Вообще все законы начали писаться максимально расплывчато и без ориентировки на конституцию и зачастую ей противоречили, чтобы у продажной и сросшейся с другими ветвями власти фемиды, ставшей уродливым мутантом, чудовищем из былин и сказок, была возможность как сажать невиновных, так и оправдывать виновных. Репрессиям стали подвергаться все, выражающие своё отличное от официального мнение, и в первых рядах оппозиционные политики вроде Трудинина, посмевшего набрать около четверти голосов на выборах президента даже в условиях массовых фальсификаций, на которого объявили самую настоящую травлю, а также журналисты, освещающие те или иные события, как например последующий тотальный недопуск оппозиционных кандидатов к выборам. Продавшиеся же преступному режиму аморальные лицемеры по всем телеканалам восхваляли покрытые макияжем гнилые ошмётки распластанного зомби, в которого превратилась некогда великая держава, и заставляли любить создавшего всё это некроманта, благодаря чему с каждым днём у всё большего числа людей слово «телевизор» стало синонимом слова «помойка», но, скатившись на самое дно и потеряв аудиторию, телевизионные компании начали нанимать некро-блогеров, некоторые из которых не знали даже численность населения нашей страны, но, в отсутствии подписчиков и просмотров, тем не менее получали по пол ляма в месяц за свою мерзкую деятельность. Этот зомби был словно Чумной Мор, тянущий свои трупные руки к ещё живым и свободным людям, чтобы взять их под свой единый контроль, у получившихся же зомбаков  была слабость не к мозгам, а к телевизору, и спасение заключалось лишь в пробуждении спящих и уничтожении морока… После же первого изменения конституции, чтобы президент мог и дальше «избираться», недовольных стало столько, что не помогали даже принятые незадолго до этого законы о запрете митингов и одиночных пикетов, и приравнивании вышедших на них людей к террористам, оскорблении власти, нарушении постановлений полиции и депутатов и другие, тут как раз и пригодилась «эпидемия» – многие, наконец, очнулись, вот только было уже поздно – всех несогласных с правящим режимом быстро отправляли в казённые дома по порой уж совсем притянутым за уши статьям, следом туда же шли и им сочувствующие, а потом и появились на столах охранителей режима в огромном количестве всякого рода доносы, что даже было закреплено в очередной конституции. Да, правок в конституцию уже было столько, что и не сосчитать, и на потеху народу депутаты то вычеркивали один из пунктов, то дописывали его снова, споря друг с другом до хрипоты и обвиняя в лицедействе. Так в конституцию, по аналогии с Богом, то вписывали дьявола, как олицетворение всего зла, то убирали из-за «оскорбленных чувств верующих», но плюсы все же тоже были – это и рецепт салата оливьре, признанный национальной гордостью, и прописанная необходимость менять бордюры и тротуарную плитку каждый год, и зафиксированная величина скорости свободного падения g, благодаря изменению которой за счет расширения планеты будет необходимо менять конституцию и дальше, и многое-многое другое. Счи же и борсч в конституцию, к моему сожалению, не попали – ибо игра в демократию показала, что существует слишком уж много разных рецептов этих блюд. Любители счей с квашеной капустой обвиняли любителей счей с обычной капустой в западничестве, те же парировали тем, что тогда квашеная капуста станет предметом трейдинга на бирже, и нефть опуститься в цене даже ниже нынешних 40 зелёных за баррель. Да, один зелёный это порядка 110 деревянных, валюта объединённых соседей за 120, и при таких ценах отечественная нефтяная отрасль могла получать большую прибыль только за счёт внутреннего рынка, являясь монополистом – литр дизеля за 96 деревянных, импорт бензина оказался под запретом и был приравнен к тому же терроризму, чтобы никто не мог закупаться отечественным бензином по дешёвке у ближайших соседей, возвращаясь обратно… естественно, что после того как картина нынешнего мира начала вырисовываться всё чётче, миллионы граждан стали эмигрировать куда угодно, границы закрыли, выезд был разрешен только после кучи подписанных бумажек. Сейчас наша страна перестала быть мононациональной, но полиэтнической страной, как это было раньше – нас было 80+%, а стало около 50% за счет миграций, демографического кризиса, вирусов и плохой медицины, и, что самое главное, огромного количества плодящихся как кролики жителей горных аулов, и, создавших в Восточном регионе в окружении вырубленных сотен тысяч гектаров леса свой анклав, чинайцев. Впрочем, были и положительные новости – жить в Восточном регионе, прозванном в народе «чинайским», было не в пример финансово проще, так как, якобы демонстрируя дружественные намерения полуторамиллиардному соседу, регион был освобожден от 90% налогов. 

И ко всему этому очень вовремя пришёлся пик развития виртуальных технологий. Не имея возможности вырваться с родины, и при неподъёмных налогах и ценах с все возрастающей инфляцией, люди, не долго думая, проводили все больше и больше времени в виртуальной реальности – практически у каждого были не только шлемы, но и костюмы виртуальной реальности, у кого-то даже дорогостоящие установки, в которых человек был закреплен системой тросов, под ним же была всенаправленная беговая дорожка с квадрофоническим датчиком давления в основании. Питаясь как придется и не тратя денег на улучшение условий своего существования, люди все глубже погружались в виртуальные миры, где было всё – от прекрасных пляжей и снежных гор до музеев и концертов любимых исполнителей, от стратегий древнего мира и космических баталий до будоражащих кровь шутеров и бескрайних РПГ. На этом начинался новый виток демографического кризиса, и к слабой возможности прокормить, одеть, и воспитать даже одного ребенка добавились ещё и банальное нежелание людей менять такие яркие и полные жизни виртуальные миры на вторую и третью работу в сером и негостеприимном мире с камерами распознавания лиц, и передающими местоположение людей телефонами, и страх за то, что в этом мире суждено «жить» их детям…

Мы же снова играли песню «Свобода» с самого начала, написанную мной ещё задолго до всех этих событий:

Я задыхаюсь от тоски,

От этой гулкой пустоты,

Что завладела мной всерьёз,

Как я лишился своих грёз.

Нет больше ветра и волос,

Нет шума двух родных колёс,

Я потерял свои мечты

В пучине будней суеты…

И видит Бог – рвётся душа к стезям бескрайним,

К тем, кто вопреки страха пути своей судьбе хозяин…

Рык моторов позади меня

Тишину пронзает как стрела,

Скоростью дороги опьяня,

Моя жизнь свободу обрела!

Я посмотрел со стороны

На этот рай для сатаны –

Витрины словно алтари

Людей, прогнивших изнутри,

Тот запах скрыл букет духов,

Сковав сильней любых оков,

В нём забывается мораль,

Себя здесь каждый потерял…

И видит Бог – рвётся душа к стезям бескрайним,

К тем, кто вопреки страха пути своей судьбе хозяин…

Рык моторов позади меня

Тишину пронзает как стрела,

Скоростью дороги опьяня,

Моя жизнь свободу обрела!

Закончив очередную репетицию, мы принялись за разбор полётов со стандартной «парой пива» после неё в небольшом подвальном помещении-гостиной реп-базы, чтобы не получить штраф по почте за распитие на улице. Барабанщик же привычно с нами распрощался, отправившись домой, уехал в этот раз и ритм-гитарист.

  • -Как считаете, он действительно уйдёт из группы летом, как говорит? – поинтересовался у оставшихся троих вслед ушедшему барабанщику басист Вова.
  • -Да пусть валит куда хочет, раз компромисс его не устраивает. – ответил я. – Баба с возу – кобыле легче. Я не потерплю, чтобы мне указывали что мне делать, а что нет, тем более в моей группе.
  • -Барабанщика тяжело найти…
  • -Вот они и борзеют… а этого дурачка я нашёл за день, просто отписав знакомым. Повторюсь – литр-полтора пива за три часа репы никого из нас не опьянит, а для творческого процесса только плюс, и это совмещение приятного с полезным. Всем должно быть комфортно – если что-то не вредит процессу, то каждый волен делать то, что считает нужным, и лично мне в кайф пить и петь. Анархия. Свобода одного заканчивается там, где начинается свобода другого. Так что, ты предлагаешь наплевать на нашу свободу и прогнутся только потому, что какому-то трезвеннику не нравится, что мы пьём перед ним и сильнее отдаёмся нашему общему делу?
  • -Нет, но ведь он тоже радеет за группу, и также имеет право на своё мнение – надо найти способ его убедить.
  • -Набухать его? Можно добавить градус в газировку, что он пьёт литрами.
  • -Интересная идея. – улыбнулся соло-гитарист Игорь. – Но главное не переборщить…
  • -А потом выкинуть его нахрен из группы, так как он свои же правила не соблюдает. – продолжил я с мстительной ухмылкой. – С формулировкой «беспринципный перекати-поле с двойными стандартами».
  • -Если ему не понравится. – ощерился Вова.
  • -А если понравится, то будем на его бухло тратиться?
  • -Ты скряга что-ли? Для товарища жалко? – улыбнулся Игорь. – Не хочешь спасти мальчика от реальности?
  • -Он, так-то, не бедствует, и сам может купить.
  • -Эх ты… социалист называется…
  • -Давайте для начала установим лимит – две банки за репу максимум. – вернул Вова разговор обратно. – Саня увидит, что мы пошли на компромисс и успокоится.
  • -Ты же слышал, что он против самого факта употребления алкоголя на репе. Возможно, Вов, что если б ты не забивал на репетиции и не опаздывал на час, то этого разговора вообще бы не было… Но ладно, давайте попробуем, если все за… а потом тогда уже и газировку «укрепим»…

Допивали оставшееся пиво, шутя и подстёбывая друг друга, после чего мы начали потихоньку расходиться, но решили с басистом взять ещё по одной.

  • -Как у тебя, вообще? – поинтересовался Вова, открывая бутылку, когда мы вернулись в холл базы.
  • -Да как обычно всё, без изменений. – ответил я, согревая холодные после улицы руки своим дыханием.
  • -Не проводили газ? Углём всё ещё топите?
  • -Угу, да откуда такие деньги?
  • -А сколько стоит?
  • -Два ляма.
  • -Сколько?!
  • -Два ляма – сосед недавно провёл, в том году лям был, но ему чиновники разрешение не давали, время тянули, даже взятки, говорит, не помогали.
  • -Это просто жесть!
  • -Ага, у двоюродной сестры матери 180 тысяч, но они же не в паре километров от кольцевой дороги, как мы…
  • -Твари… уху ели.
  • -Да нет, у неё хорошая сестра, она ж не виновата…
  • -Да я не про неё… – осклабился Вова вслед за мной.
  • -Само собой… просто этим ублюдкам выгодней прокладывать за свои финансы газопроводы заграницу, рассчитывая на госзаказы, нежели газифицировать страну – внутренний рынок с искусственно-созданным нищим населением для них бесперспективен. И я очень радуюсь, когда вижу в новостях очередные санкции или остановку строительства… жаль только, что, не взирая на колоссальные убытки, доходы главных мразей и того же Диллера не падают и они всё также продолжают выписывать себе многомиллионные премии…
  • -Им всё аукнется… и их детям. И сколько за уголь?
  • -Тысяч тридцать за зиму на уголь уходит, плюс дрова… десять лет назад начинали покупать за восемь…

Наговорившись и выкинув пустые банки, мы разъехались. Тогда ещё всё могло пойти по-другому…

***

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)

Загрузка…