Людмила Буданова

Страна: Кипр

Писать начала не так давно, а вот рисую уже много лет. Свои работы выставляла в Европе, Китае и Тайване. Люблю путешествовать, слушать музыку.

Country:  Cyprus

I started writing not so long ago, but I have been drawing for many years. I exhibited my work in Europe, China and Taiwan. I like to travel, listen to music.

Отрывок из рассказа-монолога “Красное одеяло

    -Лешка, не проспи завтра, я на работу рано: поставь будильник на семь, – сказала мама. 

« На семь поздновато будет, – подумал я и выставил на час раньше,-

к шести пацаны уже закачают новую игру и мы успеем порубиться  до школы».

Но проснулся я даже раньше- так хотелось увидеть, что же там Apple нового придумал. 

Включил комп и пошёл в ванную.

В школу я ходить не любил, поэтому и просыпаться не хотел, а игры я очень даже люблю.

      Мама с братом сидели перед телеком, там раздавались какие- то взрывы, гудели сирены. Я удивился: 

– Вы что, с утра уже прилипли?

– Война,-коротко сказал брат.

Я умылся и прошёл в свою комнату- комп еще качал:

-Кто с кем опять воюет? 

-Россия на нас напала,  бомбят…

 В дверь постучали: 

-Вы что сидите- ждёте пока ракета прилетит? Бегите в подвал,-крикнула тетя Маша,  уже сбегая по лестнице. 

Там холодно, – раздалось эхом по подъезду. 

Мама стала хватать разные вещи, потом бросала их, хватала другие.

Я подумал не взять ли мне с собой компьютер, а то вдруг бомба в него попадёт, но мама сказал: не смей и думать. Она стащила с вешалки наши куртки:

-Возьми одеяло.                                                                                    

 Подвал оказался закрытым и мы побежали дальше, к дому напротив. Приближался шум самолетов, они пролетели низко и где- то страшно грохнуло. Бежать было страшно. Вдруг мама вырвала у меня одеяло и бросила его. В подвале было полно народу, все наши соседи. Многие плакали. Было реально холодно.

– Зачем ты бросила одеяло?

– Я боялась, что они нас увидят, с самолетов, оно красное, – мама заплакала.

В подвале мы просидели две недели, изредка поднимаясь в квартиру или выбегая в город за едой и водой, но скоро магазины стали закрываться, да и денег у нас не было. Российская армия  приближалась к нашему городу и тогда мама сказала: нужно уезжать. А то нас убьют.  Соседи предложили нам 2 места в их машине и мы рванули в Польшу. Мы так торопились, что мама осталась в домашних шлепанцах и с пластиковым пакетом. Места для наших вещей в машине все равно не было.

Знаете,  мои родители давно развелись- отец бил маму и меня. Он просто придурок, мудак. Он бил ее даже, когда она была беременной, но она все- таки родила, так что нас теперь три брата. Мама просила не сообщать ему, что мы решили эвакуироваться , но старший брат захотел остаться с отцом в Донецке и написал ему.

Уже в дороге я получил от отца смс: «Ты идиот, – писал он- зачем ты поехал в эту долбанную Европу: там одни гомики и фашисты. Они и тебя сделают пидорасом. В Россию нужно было уезжать».

Старший брат остался с отцом, а мы с мамой и маленьким братом поехали в Германию. Ехали мы очень долго, я даже не помню сколько. Ночевали на вокзалах, на этих ужасных железных диванах. Просыпались и ехали дальше. Мы выходили на какой- нибудь станции, но мама говорила, что ей это место не нравится и мы ехали дальше.

Наконец, здесь в Мюнхене, мы вышли и мама сказала:

– Тебе же нравится эта футбольная команда? 

– Вообще- то мне нравится другая.                                                         

   На вокзале было много народу, наши лежали прямо на полу. Мы тоже сели на пол.   Какая- то женщина сказала, что можно продать золото, чтобы были хоть какие- то деньги.  Мама сняла свои золотые сережки и ушла.  Полицейские ходили по залу ожидания и показывали нам, что нужно носить маски, но их у нас не было. Потом пришли какие- то люди и стали разливать горячий суп, но полиция их прогнала.

Теперь я уже как три месяца живу в Германии и ничего. Никто ко мне не подходил и не предлагал ничего такого… почему они не запретят все это, ну, этот LGBT. А вообще, я чувствую иногда такую злость на всех, что мне хочется ударить кого- нибудь, побить сильно. Дать прямо в морду кулаком. Или даже убить. Мама говорит, смотри не говори никому об этом, иначе в тюрягу попадёшь. Когда вырасту буду солдатом, чтобы убивать всех русских. 

Хотя, вы вот русская, и такая хорошая. Спасибо, что вы меня слушаете. Скажите, я для вас враг? … Я больше не знаю. Можно вас на напиток пригласить? Вы любите Ахой браузе? Я очень. 

Здесь в Германии мне и нравится и не нравится: хотелось бы поскорей домой. В школе я ничего не понимаю, мы сидим на последних партах и играем в телефонах. Учитель даже разрешает. У них другая программа, да и немецкого мы не знаем.

В школе ко мне никто не подходит, на переменах я стою один. 

Мальчик из Гаити, он совсем чёрный, подошёл ко мне на перемене- я обрадовался и говорю ему: ты негр? А он обиделся и сказал, что это я негр. Больше он ко мне не подходит. Учительница слышала это и очень рассердилась, она сказала, что нельзя говорить негр, цыган… но если человек негр или цыган, то почему нельзя его так называть? 

Хорошо, я не буду больше называть его негром, но он больше и не подходит. 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)

Загрузка…