Катерина Зверь

Страна : Россия

Основное направление – преподавание (рисование, театральное дело, кукольное дело), так же занимаюсь художественной деятельностью, авторской куклой, писательством, частично и другими творческими направлениями


Country : Russia

My main profession is the teaching of arts, theatre, and doll-making. I’m a freelance artist, writer, and part-time translator.


Отрывок из сказки “Суудер-эдзен, владыка теней”

Шагнал

Хоть и благодарен бывает суудер-эдзен за помощь, да только есть предел и той благодарности. Рассказывают о том, что не забывает никогда суудер-эдзен о том, кто помог ему, да следит и за теми, кому сам помогал. 

Ехал как-то на своем коне через степь скорняк Джайгебек, возвращался домой с дальней стоянки ― добрые шкуры он купил у охотников, добрые шубы из тех шкур сделать можно. Ехал Джайгебек, насвистывал песню, подпевали ему с небес хищные птицы, подсвистывали из травы сурки. Ехал он себе, ехал, как вдруг потемнели небеса, скрылось за тучами солнце, поднялся сильный ветер, и обрушилась на степи сильная буря. Ослеп Джайгебек от молний, оглох от грома, застучал по плечам его град, ударил в лицо сильный ветер, того и гляди, шапку с головы сдует. Отпустил тогда скорняк поводья своего коня ― пусть сам решает, куда идти, коль на человека надежды мало. Устремился конь вперед, сквозь бурю, прижался Джайгебек к его могучей шее, закутался в плащ от ветра и дождя.

Долго так скакали всадник и конь, поутих сильный ветер, да и дождь стал поласковей. До нитки промок Джайгебек, до нитки промок и его верный конь. Устал конь, перешел на шаг. Выпрямился в седле Джайгебек, стал по сторонам смотреть ― верной ли дорогой везет его конь, далеко ли до дома?

Вдруг услышал скорняк сквозь шелест дождя ― ровно плачет кто-то, тонко да жалобно. Придержал Джайгебек поводья да по сторонам озирается ― может, еще кто заблудился в такую бурю? 

Никого не увидел Джайгебек, дальше поехал. Только сделал несколько шагов его конь, как снова услышал скорняк жалобный плач. Остановил тогда скорняк коня, снова стал по сторонам осматриваться. И увидел он среди камней тонкую черную тень. Плачет та тень жалобно, жмется к камням, от дождя прячется. Подошел Джайгебек ближе, видит ― сидит между камней юноша в черных одеждах, прилипли к лицу его мокрые волосы, сам от холода дрожит, как лист на ветру. 

― Как ты оказался здесь, бедное дитя? ― спрашивает Джайгебек.

Ничего не ответил юноша, только поднял глаза на скорняка ― а глаза те черные, без единого белого пятнышка, словно вся темнота ночная в тех глазах спряталась. Понял тогда Джайгебек, что перед ним ― суудер-эдзен-хуу. Снял Джайгебек свой плащ, завернул в него юношу, посадил на своего коня, и поехали они дальше.

Привез Джайгебек суудер-эдзен-хуу к себе домой, велел жене и матери накормить гостя, обогреть и одежду высушить. Приняли женщины юношу ласково, накормили досыта, дали теплые покрывала и сухую одежду. 

Так гостил юноша в доме скорняка несколько дней и ночей. Дичился он сперва людей, но вскоре начал к ним ластится, сказок просить да плошку молока, и ни в чем ему отказа не было.  

Минуло с той поры сколько-то времени, пока наконец, на вечерней заре, приехал к дому Джайгебека всадник на черном коне. Вышел Джайгебек посмотреть, что за гость к ним приехал. Слез со своего коня всадник, снял капюшон, и взглянул на скорняка черными глазами. 

― Здравствуй, ― говорит он, ― Джайгебек-скорняк. Пришел я вернуть себе то, что ты забрал у меня. 

― Здравствуй и ты, суудер-эдзен, владыка теней, ― поклонился ему Джайгебек. ― Будь моим гостем, отдохни с дороги.

Согласился сладкоречивый дух, прошел в дом, сел за стол. Суетятся жена и мать Джайгебека, подают питье да яства. Сел за стол и суудер-эдзен-хуу, обрадовался он, увидев своего владыку, так и льнет, да расспрашивает ― как жилось в степи, пока гостил он у скорняка?

Рассказал суудер-эдзен, как растут в степи дикие травы, как поют вольные птицы, сам же стал выспрашивать, как жилось юноше у Джайгибека?

Рассказал суудер-эдзен-хуу, как здесь ласково его приняли. 

Наконец, встали гости из-за стола, велел суудер-эдзен юноше во двор идти, а сам повернулся к Джайгебеку и говорит:

― За то, что помог ты моему Младшему в беде, за гостеприимство твое, щедро награжу я тебя, Джайгебек-скорняк. Будет теперь в твоем доме удача и достаток.

Сказал так, и ушел во двор. Не успел Джайгебек моргнуть, как не стало у него во дворе ни черного коня, ни черноглазых духов.

С той поры разбогател Джайгебек-скорняк ― ни в чем отказу не знал, ни в чем неудачи не ведал. Пришел в его дом достаток, появились и батраки, золото, серебро и ковры. 

Обрадовался Джайгебек, стал пиры устраивать, стал на те пиры звать богатых соседей, самого хана приглашать начал. Звал он и старых шаманов, чтобы дружбу с ними водить, да только отказались шаманы. Зовет он их раз, другой, а те лишь в усы посмеиваются. 

― Смотри, ― говорят, ― Джайгебек, богатство ― как вода. В иной день из берегов выходит, а в иной день последние капли сквозь пальцы упустишь. 

Не боялся тех слов Джайгебек ― чего же тут бояться, когда он у суудер-эдзена в милости?

Все лучше да лучше жил Джайгебек, уже и на соседей свысока подглядывать начал. Не стало никого, кто бы был столь же гордым и отчаянным, как Джайгебек-скорняк. Не боялся он рисковать ― чего бояться тому, кто не знает неудачи? С самыми отчаянными людьми связался, и только еще больше разбогател.

Как-то раз, когда пришли в степь холода, поехал Джайгебек свои земли осмотреть, табуны свои проведать. Ехал он дальней дорогой, кутался в дорогой плащ, да поглядывал по сторонам. Грустным было в тот день небо, серые тучи ходили над самой землей. Погрустило небо без солнца, погрустило, да расплакалось. 

Закутался в плащ Джайгебек, едет себе по дороге. Вдруг слышит ― зовет его кто-то. Огляделся скорняк, и увидел на дороге изможденного нищего в дырявых лохмотьях. Медленно брел нищий по дороге навстречу Джайгебеку. Попросил нищий милостыни, но ответил ему Джайгебек:

― Говорили мне мудрые шаманы, что богатство подобно воде ― если каждому по капле налить, то так и целое море иссушить можно. Ступай своей дорогой.

Побрел нищий дальше, а Джайгебек вперед поехал. Ехал он, ехал, дождь все сильнее и сильнее становился. Проехал он сколько ни есть дороги, и повстречался ему седой старик. Тяжело тот шел по дороге, опираясь на свою клюку. Попросил седой старик милостыни, но ответил ему Джайгебек:

― Говорили мне мудрые шаманы, что богатство подобно воде ― если каждому по капле налить, то так и целая река пересохнет. Ступай своей дорогой.

Пошел старик дальше, а Джайгебек поехал вперед.

Пуще прежнего припустил дождь, совсем почернело небо, засверкали на нем яркие молнии. Едет Джайгебек, в плащ кутается. Видит ― впереди идет кто-то. Подъехал Джайгебек ближе, видит ― идет по дороге юноша. Поздоровался юноша с Джайгебеком, рассказал, что идет к старому шаману за лекарством для больной матушки. Продал он свой халат, продал единственную курицу, выручил за них всего лишь несколько медных монет. Стал юноша просить у Джайгебека милостыни, но сказал на это скорняк:

― Говорили мне мудрые шаманы, что богатство подобно воде ― если давать каждому хлебнуть из твоего колодца, то рано или поздно пересохнет он. Ступай своей дорогой.

Пуще прежнего стал юноша просить Джайгебека, уговаривать взять его в батраки. 

― Хорошо, ― говорит Джайгебек, ― если так, то дам я тебе милостыни, а ты за то пойдешь ко мне в услужение.

Снял Джайгебек с пояса кошелек, развязал ― а вместо золотых монет в кошельке одни черепки. Поднял Джайгебек глаза ― а вместо юноши перед ним суудер-эдзен стоит, хмурит черные брови, а в глазах его будто вся ночная тьма спряталась. 

― Такова доброта твоя, Джайгебек-скорняк? ― спрашивает суудер-эдзен. ― Помогаешь ты лишь тем, от кого ты получишь выгоду? Спас ты от бури моего Младшего, чтобы получить моей милости? Три раза я испытал тебя, Джайгебек, три раза приходил к тебе в разных обличьях, но не дал ты и медной монетки ни дряхлому старику, ни больному нищему, а подал лишь тому, кто согласен был на тебя работать. Правду сказали тебе старые шаманы, что богатство подобно воде ― сколь не пытайся его удержать, все равно сквозь пальцы утечет.

Сказал так ― и истаял, словно и не было его. Испугался Джайгебек, ударил коня и поскакал вперед. Долго гнал коня, долго подхлестывал, пока, наконец, не споткнулся верный конь, не сломал ноги. Кубарем скатился с него Джайгебек, едва не убился, плащ дорогой порвал, весь в грязи перепачкался. Пришлось идти до пастбищ пешком, а навстречу Джайгебеку бегут его табунщики, вести несут дурные ― поднялась страшная буря, перепугались той бури кони, разбежались в разные стороны, не смогли их пастухи удержать. 

Так и не удалось Джайгебеку собрать разбежавшийся табун. Добрался он домой кое-как, а там новая беда дожидается ― обронили, видно, головешку из печи, загорелся богатый дом, и сгорел за одну ночь дотла, вместе со всем богатством. Остался Джайгебек без крова, без табунов, без сокровищ своих, нечем ему стало платить батракам да пастухам, и посадили его в долговую яму, а потом и продали одному богачу в услужение. Снова стал Джайгебек-скорняк работать с утра до ночи, да с хлеба на воду перебиваться. 

Так наказал его суудер-эдзен за жадность. 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (11 оценок, среднее: 4,27 из 5)

Загрузка...