Александр Хаакана

Страна : Россия

Я Александр Хаакана, кинорежиссёр и сценарист. Родился в городе Сортавала, Россия. После школы поступил в военное училище. Во время службы в войсках увлёкся видеосъёмкой и монтажом видео. Офицер запаса, также окончил университет по специальности режиссёр кино и телевидения. После ухода на пенсию переехал в Санкт-Петербург и работаю пиротехником в кино. В свободное время снимаю авторское кино, пишу сценарии.


Country :  Russia

I’m Alexander Khaakana, an indie cinematographer and screenwriter, born in Sortavala, Russia. I’m a former military officer and also got a film and TV director degree. Among making movies I work as a pyrotechnician in cinema industry.


Отрывок из малой прозы “500 рублей”


«Матвей Евгеньевич, мужчина пятидесяти трёх лет от роду, жил один в двухкомнатной квартире, доставшейся ему в наследство от родителей. Имел затворнический образ жизни с юности. Ни друзей, ни врагов…Работа, дом… И не сказать, что Матвей Евгеньевич был чем-то недоволен. Всё человека в жизни устраивало, коль ничего не менял.

Сто семьдесят пять рублей – столько стоит бутылка водки нынче в ларьке за углом. Однако Прохор Иванович, встретившийся во дворе дома Матвею Евгеньевичу, попросил взаймы целых пятьсот рублей. Матвей Евгеньевич был не против одолжить Прохору Ивановичу несмотря на то, что обычно никому не занимал денег…Он знал, что десятого числа каждого месяца у соседа получка. Сегодня было девятое. А Прохор Иванович, хоть и любил выпить, был честным человеком. К тому же, работяга с золотыми руками. Каждый месяц после получки, если был должен, исправно возвращал деньги Матвею Евгеньевичу, хоть обычно в эти дни после работы был постоянно пьян. Матвей Евгеньевич с проворством кошки выудил из кошелька пятьсот рублей и протянул соседу по подъезду. Прохор Иванович душевно поблагодарил, и они распрощались, довольные каждый по своему поводу.

Тут и рассказу конец. Но кто знал Матвея Евгеньевича, дотошного архивариуса городского предприятия, воскликнул бы сразу: «Не станет Матвей Евгеньевич, этот зануда и скряга просто так денег занимать! Сколько раз спрашивал у него взаймы! И пяти рублей не даст!» И правда была бы правдива, если бы знавший Матвея Евгеньевича человек был в курсе одной любопытной детали. Но о ней знали только трое: Матвей Евгеньевич, Бог, да сатана…

 Матвей Евгеньевич, что логично, всегда с радостью принимал возврат долга и с улыбкой прощался с Прохором Ивановичем, закрывая дверь. Его «до свидания» в адрес, как всегда, пьяного соседа звучало насмешливо и злорадно…

На второй день ближе к вечеру вновь раздавался звонок в дверь. Матвей Евгеньевич будто ничего и не делал – тут же открывал дверь. На пороге стоял, покачиваясь, Прохор Иванович – он был снова пьян. Не в стельку, но достаточно сильно, чтобы повторно вернуть долг Матвею Евгеньевичу. Матвей Евгеньевич был трезв, но недостаточно честен, чтобы не брать снова денег у Прохора Ивановича…

Таким образом, Прохор Иванович в первую неделю после получки, пока был в загуле, раза два-три заходил к Матвею Евгеньевичу и возвращал долг. Потом переставал пить и до зарплаты  с трудом сводил концы с концами.

Вечером, гуляя по парку недалеко от дома, Матвей Евгеньевич улыбался. Он уже мысленно прибавлял халявные пятьсот, а то и тысячу рублей себе в копилку. Зайдя в магазин, мужчина прикупил продуктов и отметил с досадой, что Докторская колбаса подорожала на пятьдесят копеек за килограмм, а хлеб на двадцать копеек за буханку.

Матвей Евгеньевич был убеждённым холостяком. Отец умер, когда Матвей был ещё ребёнком. А вот мать успела помечтать о внуках. Однако сын и повода не давал, чтоб в обозримом будущем создать семью. Нет, Матвей Евгеньевич лет до тридцати был не против жениться, но для этого мер не предпринимал. А под лежачий камень, как говорится, вода не бежит. Дальше – хуже. На примере своих сверстников, Матвей Евгеньевич убедился, что женитьба – довольно сомнительное мероприятие, несущее за собой одни проблемы. Мало того, что есть шанс связаться с мегерой и остаться без жилья, с алиментами на восемнадцать лет. Так даже если всё сложится по-человечески, это ж надо содержать семью, растить детей – иждивенцев! Рано или поздно встанет вопрос о расширении жилья. Всех одеть, накормить, спать уложить! Школа, университет, шуба жене… Ну уж нет!

С каждым годом Матвей Евгеньевич всё больше был благодарен судьбе, что с уберегла она его от семейной каторги. А чувства одиночества, присущего обычно людям, Матвей Евгеньевич никогда и не испытывал. Архивариус не был одинок. Всё ж таки были у него свои «друзья» – деньги! Чуть ли не каждый вечер «завидный холостяк» пересчитывал свои накопления. Хруст бумаги, звон монет – это было воплощением счастья и смыслом жизни для Матвея Евгеньевича! На что копил деньги, архивариус сам не знал. Там будет видно. Когда-нибудь наступит время – он покажет всем соседям, КТО в доме большой человек! И заживёт Матвей Евгеньевич на широкую ногу!

Спалось сладко, но снов он не видел давно. Проснувшись, довольно прищурился и потянулся. Умылся, выпил большую чашку воды и позавтракал. Воду пить с утра надоумила коллега с работы, что-то рассказывая про полезность сей процедуры и долго житие в итоге. Матвей Евгеньевич же взял эту привычку на вооружение, исходя из своих соображений. Ранее, когда он не пил воду, съедал за завтраком намного больше еды. Теперь же, чтобы насытиться, достаточно было съесть порцию на треть меньше прежней. Итого, каждый третий завтрак Матвея Евгеньевича выходил бесплатным, если не брать в расчёт воду, которую он выпивал. Воду в счёт Матвей Евгеньевич, конечно, поначалу брал, но сумма выходила настолько незначительная, что он позволил себе её не учитывать.

Выходить на работу Матвею Евгеньевичу приходилось заблаговременно, часа за полтора. Предпочитал архивариус добираться до места службы пешком, на что уходило добрых сорок – пятьдесят минут, в зависимости от погодных условий. Автобусом было бы быстрее, конечно, но зачем? Двадцать пять рублей за проезд! И обратно! Итого пятьдесят рублей в день, одна тысяча сто рублей в месяц! Обдираловка, одним словом.

Утро четверга выдалось замечательным! Начало мая, а лето уже пришло и щедро радовало солнцем и теплом. Всюду люди спешили на работу, втискиваясь в переполненные автобусы и маршрутки. Лишь воробьи, чирикающие возле транспортной остановки да Матвей Евгеньевич, шедший по тротуару, выглядели беззаботно.

Вдруг со стороны дома к остановке метнулась чёрная кошка, аккурат перебежав дорогу архивариусу! Матвей Евгеньевич, как совершенно чуждый суевериям человек, резко остановился – на всякий случай. Кошка бросилась в самую гущу воробьиной тусовки, но те вмиг разлетелись в стороны, оставив охотника с носом. Матвей Евгеньевич, искоса глядя на жгуче чёрную, без малейшего пятнышка другого цвета кошку, стал обходить животное по краю тротуара. Подъехавший автобус сигналом заставил архивариуса посторониться. Кошка метнулась от остановки и побежала вдоль дороги. Матвей Евгеньевич – следом, не теряя надежды обойти её слева.

Кошка и архивариус лёгкой рысью двигались по тротуару. Расстояние между ними сокращалось. Матвей Евгеньевич старался выглядеть непринуждённо. Чёрная кошка выглядела непринуждённо, но не старалась. Заприметив подозрительного человечишку, преследовавшего её, кошка презрительно махнула хвостом и перешла на галоп.

Матвей Евгеньевич оставил преследование, замедлил шаг и остановился на углу дома. Ему требовалось повернуть направо, что обрекало архивариуса пересечь место, где только что пробежала чёрная кошка… Матвей Евгеньевич, скрепя сердце, сделал шаг, другой и быстро засеменил на работу.

Полдня Матвей Евгеньевич был в некотором напряжении, ожидая подвоха после утреннего предзнаменования. Но ничего не происходило. День шёл своим чередом. Документы, папки, регистрация, учёт. К концу рабочего дня Матвей Евгеньевич уже и забыл о встрече с чёрной кошкой.

Возвращаясь домой с работы, Матвей Евгеньевич по обыкновению зашёл в магазин возле дома. Он всегда покупал продукты только по акциям. Нет, он мог позволить себе купить товар и не по акции… Но давным-давно пришёл к выводу, что товары со скидкой значительно вкуснее! Возле морозильника с мороженым Матвей Евгеньевич вновь с разочарованием смотрел на ценник! Мороженое продавалось без скидки уже почти месяц! Оно было очень вкусным! Но Матвей Евгеньевич не падал духом. «Акция будет, её не может не быть!» – рассуждал про себя архивариус по дороге домой, отказавшись от покупки любимого лакомства.

Матвею Евгеньевичу оставалось пересечь дорогу по пешеходному переходу, и вот он – дом! Визг тормозов заставил архивариуса застыть посреди перекрёстка. Легковушка, выскочив из-за поворота, чуть не сбила Матвея Евгеньевича, остановившись в десяти сантиметрах от мужчины. Уф, кошка!!! Напомнила всё же о себе, чёрная!

Придя домой, Матвей Евгеньевич пересчитал все свои накопления и понял, что пора бы подумать об отпуске! До круглой суммы в три миллиона рублей не хватало  лишь десяти тысяч! Полтора месяца экономии, с учётом нескольких возвратов долга Прохором Ивановичем. Конечно же архивариус не планировал тратить все свои деньги на отпуск, а лишь часть. Например, тысяч тридцать. Или двадцать… Зачем больше? Больше не стоит! Мало ли… Потратить все деньги и дурак может! Решено! Ещё скопить десять тысяч рублей – и в отпуск! А куда? Он с детства никуда не ездил… Мысли Матвея Евгеньевича прервались шумом голосов в подъезде. Приникнув к двери, он смог лишь различить невнятные возгласы, в которых фигурировало имя его соседа  Прохора Ивановича. ПРОХОР ИВАНОВИЧ? Архивариус выскочил на лестничную площадку…

В квартиру Матвей Евгеньевич вернулся сам не свой: бледный, постаревший на десять лет… Мужчина под нос твердил что-то про порядочность… «Получил зарплату – отдай долг! Нет! Сразу в магазин за бутылкой побежал! А совесть есть? Приоритеты же должны быть у человека? Долг платежом красен!» – причитал Матвей Евгеньевич… Соседи сообщили архивариусу страшную весть: умер Прохор Иванович – сердечный приступ.

В эту ночь архивариус не мог заснуть. Всё понятно, в семье Прохора Ивановича беда – умер кормилец! Но при чём здесь он? Два раза архивариус подымался с кровати полон решимости спуститься к соседям и объяснить ситуацию: «Пятьсот рублей, конечно, не такие большие деньги, но всё же… Как-то не хорошо. Прохор занял и умер! Не вернув! Это ни в какие ворота!..» Но Матвей Евгеньевич не решился среди ночи тревожить вдову и отложил этот вопрос до завтра. Заснуть архивариусу помогла лишь мысль о том, что никто кроме него и Прохора не в курсе, сколько тот занимал. И за все моральные потрясения Матвей Евгеньевич твёрдо решил требовать у вдовы одну тысячу рублей. Именно столько денег, по мнению архивариуса, теперь должен был усопший ныне Прохор Иванович!»

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (3 оценок, среднее: 4,67 из 5)

Загрузка...